В первый день Рождественского поста на сайте «Русские на Украине» была опубликована статья «Непродуктивное триединство», обнародованная на следующий день и на «Русской народной линии», - написанная одним из ведущих публицистов окопавшегося на Украине нашего русского «гетто».  

В статье автор объявляет идею «триединства» (триединого русского народа, состоящего из малороссов, белорусов и великороссов) – «непродуктивной» - и предлагает «отпустить украинцев», приведя всевозможные аргументы, долженствующие подтвердить справедливость его выводов (а так как в статье предъявлен «компромат» и на белорусов, то можно предположить, что и с белорусами, автор церемониться не собирается).


Статью свою автор предваряет признанием, что и сам он прежде был сторонником этой идеи, но, дескать, обстоятельства вынуждают «расставаться с фантазиями».

Однако, судя по тому, какими эпитетами он награждает затем «триединство» - приходится делать вывод о том, что он с ним или очень уж крепко расстался, или вообще не знает, что это такое.

В статье своей он называет «триединство» - то «бредом» (когда пишет, что в отличие от нас, «Великобритания никогда не бредила «триединством» англичан, шотландцев, уэльсцев и ирландцев»); то – «беспрерывными русскими мантрами» (когда пишет, что они, в числе прочего, «привели украинских наци в парламент»); то – мягче – «фантазиями», «иллюзией», «мифом»; а то – совсем уж комплиментарно, - сравнивая его с «хорошей колбасой из советского гастронома»…

Между тем – «триединство» - вовсе не «колбаса», а нечто совершенно противоположное, - что в понятиях «продуктивное – непродуктивное» не выражается.

Русское триединство – это обусловленная нашим православным мировоззрением, составляющим основу духовности русского народа, форма сосуществования трех его составляющих, - имеющих единое происхождение и единых духовно, но прошедших разный исторический путь и приобретших на этом пути собственный уникальный опыт.

В Символе веры мы говорим о «соборности» нашей церкви. И, если мы православные, то это – соборное - начало мы обязаны стремиться всячески поддерживать в нашей мирской жизни (и, в числе прочего, возводить на нем наши идейные построения). Наше русское три-единство – есть воплощение этого соборного начала.  И именно поэтому отвергать идею русского триединства православный человек не может.

В этой связи – главный грех украинства, делающий это явление антихристианским по своей духовной сути, - состоит именно в нарушении этой соборности, в разрушении соборного начала ради эгоистических устремлений.

И вот теперь – и «русским» (великороссам) предлагается сделать нечто подобное, то есть уподобиться украинствующим.

Все такого рода идейные шевеления ведут к вырождению русской идеи, основанной на православной вере, - в сторону безбожного «русского национализма».

Национализм, как идеология, имеет западное происхождение. По сути же, все европейские национализмы являются ничем иным как жалким подражанием национализму иудейскому. Все они явились в свое время признаком ослабления христианской веры в том или ином народе и порождением материалистического взгляда на мир: само их возникновение приходится на одно время с повсеместным распространением в европейских странах материалистического мировоззрения.

«Украинцы», настаивая на своей обособленности от русских – превращаются в некую иудействующую ветвь русского народа. Однако точно такими же «украинцами» (только с северо-восточной «украийны», простирающейся от Курска до Тихого океана) – становятся те, кто проповедуют «русский национализм».

Поэтому возведение всевозможных идеологических построений на противоречащих православию духовных основаниях неизбежно обрекает любое политическое движение на вырождение в нерусскую сторону.

Из упомянутой «декларации» приходится делать вывод, что и «великорусская» ветвь, не выдержав давления, тоже, вслед за «украинцами», начала деградировать, - решив по вся-кого рода эгоистическим соображениям отсечь от себя якобы «чужое».

Кстати, предположение о том, что автор не вполне понимает, что такое «триединство», подтверждается и его перечислением тех нынешних идейных течений на Украине, в которых, по его мнению, оно проявляется.

Автор пишет: «…«триединое» бремя русского человека по-прежнему перегружает со-знание русских, продолжающих внимать то пролетарскому интернационалисту украинского происхождения П.Симоненко, от своего «украинского корня» не отрекающегося, то апологетам вконец одряхлевшего панславизма из Российской Федерации».

При этом он умудряется не заметить ту единственную духовную область, в которой русское триединство остается незыблемым – нашу православную церковь.

Враги русского народа немало постарались для раскола нашего народа на нежизнеспособные части и в очень многом уже преуспели. Они разделили наш народ на «национальности», - признав «национальными» региональные отличия и «перекрестив» проживающих в разных регионах русских – в «украинцев» и «белорусов». (И можно не сомневаться что, при случае, они не остановятся перед тем, чтобы добавить к этим «народам» и новые: к примеру, «сибирский», «уральский», «дальневосточный»…) Они изготовили этим новым «народам» собственные, отдельные от русского, литературные языки – и теперь тратят огромные усилия на то, чтобы эти языки внедрить. Они сочинили для новоиспеченных «народов» соответствующие «истории», антирусские по своему содержанию. Они, наконец, разделили нас на разные государства… Но они ничего не смогли сделать с русским православием.

Несмотря на все усилия и «успехи» наших противников, для всех воцерковленных людей на Украине, прихожан канонической православной церкви, - русское триединство не только до сих пор не прекратилось как «колбаса из советского гастронома», но оно является той духовной средой, в которой они продолжают жить. Поэтому любая, самая простая бабушка в нашем храме, - «академиев не кончавшая» и историю не изучавшая, - четко знает о своем общерусском духовном подданстве, поминая вместе со всем приходом в первую очередь Патриарха Московского и всея Руси и почитая «всех святых, в земле Российской просиявших», без разделения их на «русских» и «украинских». И для нее, живущей в глухом украинском селе, святые Матрена Московская и Ксения Петербургская – являются духовными светочами, а какой-нибудь тягнибок – не более чем очередной «черт из табакерки».

И именно приобщение нашего народа к православию является единственным условием нашего возрождения. Потому что только православный человек способен преодолеть тот разрушительный эгоизм, обосновавшийся в душах теперешних русских людей, который нас сегодня разделяет не только на «русских» и «украинцев», но и, в среде тех, кому пока еще позволено именоваться «русскими», вносит мелочный, но непреодолимый, раздор и самоубийственную «борьбу всех против всех».

В начале своей статьи автор сочувственно приводит известную цитату из Достоевского о предательстве «европейских» славян, только что освобожденных русским оружием от турецкого ига и сразу же устремившихся к «европейским ценностям»… И прилагает эту цитату к предательству теперешних «украинцев»… Но эта цитата лишь подтверждает то, что без Бога все наше славянское единство – пустое место. И тот же Достоевский писал, что «Русский человек без Бога – дрянь».

Без Бога все наши грандиозные успехи могут в одно мгновение развалиться как кар-точный домик.

Мы помним, как совсем недавно советский вождь Сталин объединил под единой властью всех восточных славян (воплотив, таким образом, мечтания Данилевского, в теоретических построениях которого принадлежность народа к славянству была первичной, важнее его веры), объединил на основе марксистско-ленинской идеологии (ведь если славянство первично – то какая разница, на какой идейной основе объединять). И помним, как в одночасье все это величие рассеялось будто мираж.

Без Бога ничего у нас не выйдет, какими бы «сверхрусскими» мы себя не называли. Без Бога мы не сможем осилить ничего из того, что нам необходимо сделать для нашего спасения – поэтому, в нынешнем нашем духовном состоянии, наше крушение – только вопрос времени.

С Богом же – все возможно. Господу Богу посильно даже из эфиопов наделать русских (лучший тому пример – Пушкин).

Правда, вера в Бога предполагает некие духовные усилия по исправлению наших падших душ, или хотя бы знание о нашем несовершенстве.

Наш же человек, в массе своей, и в нынешней России и на Украине, - свою духовную порчу признавать не желает и продолжает заниматься придумыванием разных «схем», которые, по его мнению, должны нам помочь исправить нынешнее положение, или поиском врагов, устранив которых мы, наконец, «заживем»…

В статье приводятся примеры повсеместного распада национальных общностей – и как бы предлагается привести себя в соответствие с этой всемирной тенденцией, отмежевавшись от «украинцев».

Однако эта пагубная тенденция – вовсе нам не указ. Все кто не с Богом, те закономерно распадаются на нежизнеспособные, «неорганические» части.

Те же, кто с Богом – постепенно движутся к соборности и построенным на ней формам социальной жизни.

От нас зависит, что мы выберем, и в какую сторону будем идти.

 

2

Помимо всего прочего, автор «Непродуктивного триединства» пишет такое: «Вопрос о признании всех украинцев частью «триединого народа» мог бы оказаться сегодня целесообразным, если бы нынешняя Москва действительно имела притязания присоединить всю Украину, вплоть до Львова. Вот тогда надо было бы обосновывать эти притязания. Но сейчас даже близко этого нет».

Однако «триединство» не надо когда-то еще обосновывать – оно уже есть. Великая русская история и великая русская культура – являются воплощением нашего «триединства».

Разобрать на части «триединство», в угоду нынешним нашим желаниям, слава Богу, уже невозможно. И если мы на этом свете можем еще натворить множество нелепостей и безобразий, то хорошо хоть не имеем возможности вторгаться со своим реформаторством в вечность, и что-либо изменять там, где пребывают наши великие предки, создавшие Россию и передавшие ее нам.

Отрекаясь же от русского триединства, новым, «нетриединым русским» придется про-делать над русской историей и культурой ту же гнусную препарацию, которую уже проделало украинство, вычленившее из нашей великой истории (и даже из истории своего края) лишь те исторические события и те культурные явления, которые имеют отношение к их секте, - остальное же – выбросив  за ненадобностью.

Кстати, по этой же методе действовали и предшественники украинствующих, родственные им по духу коммунистические идеологи, для которых наша история началась чуть ли не в 1917-м году (а до 1917-го года представляла собой сплошной мрак, освещаемый кое-где одинокими «лучами света в темном царстве»), и для которых величайшим нашим писателем был Чернышевский, а величайшим мыслителем – Ленин.

О том же, к чему, в культурном отношении, могут привести пути, по которым нам предлагает следовать автор статьи, можно получить представление, если сравнить хотя бы дореволюционную русскую литературу (литературу триединого русского народа), русскую советскую литературу (литературу великороссов, вынужденно перешедших к двум другим частям прежнего триединства – из единства в «братское» состояние) и русскую литературу последнего двадцатилетия (когда роль и смысл существования русского народа целенаправленно опускается до уровня «задач» туземного населения, необходимого для обслуживания протянутой на Запад трубы).    

Ярким доказательством неразрывности нашей великой культуры может служить и сам цитируемый автором Достоевский. Род писателя, ведя происхождение от переселившегося в 1389-м году в московские пределы из Золотой Орды Аслан-Челеби-мурзы (ставшего, после принятия православия, Прокопием, и давшего начало известному роду Ртищевых), двигался затем из Москвы на территорию нынешней Белоруссии – в Пинск, затем переместился в пределы теперешней Украины - сначала на Волынь, а потом на Подолье, - откуда отец писателя, в 1809-м году в пятнадцатилетнем возрасте уехал в Москву учиться на врача. И именно «генетическая память» пребывания предков великого писателя на земле нынешних Украины и Белоруссии, где на протяжении многих веков накалялось русско-польское и русско-еврейское противостояние, сформировало у Достоевского совершенно иное отношение к евреям и к полякам, нежели, к примеру, у Льва Толстого, чей род не покидал пределов Великороссии.

Если же вспомнить о том, что дед писателя, до присоединения Подолья к России (в 1793-м году) был униатским священником – то, руководствуясь подходами автора статьи, вопрос об изгнании великого писателя из «триединства» даже и обсуждению не должен бы подлежать. Ведь дальше уже, казалось бы, и невозможно отпасть от «триединства» - ибо униатская церковь это именно та самая церковь, которая окормляет сегодня приверженцев Тягнибока.

Впрочем, за доказательствами того, что русская история и русская культура представляют собою плод нашего триединства – тем более ходить далеко не надо, что и сам автор «Непродуктивного триединства» засвидетельствовал это, представив перед читателями замечательную галерею полтавчан – героев 1812-го года.

3

Позиция автора «Непродуктивного триединства» заставляет вспомнить булгаковского персонажа из «Белой гвардии», Виктора Мишлаевского, который, оказавшись морозной но-чью под Киевом, обвеваемый вьюгой и обстреливаемый петлюровцами, с раздражением говорил потом по поводу тех, кто его обстреливал: «Я думаю, что это местные мужички-богоносцы достоевские!... »  А в пьесе, написанной Булгаковым по мотивам собственного романа, в первой ее редакции (1925-го года), которая, как и роман, называлась «Белая гвардия», этот персонаж высказывается еще радикальнее:

«МИШЛАЕВСКИЙ. Вот. Вот. Я бы с удовольствием повесил этого выдающегося писателя земли.

АЛЕКСЕЙ. За что так строго, смею спросить?

МИШЛАЕВСКИЙ. За это – за самое. За народ-богоносец. За сеятеля, хранителя, землепашца и… впрочем, это Апухтин сказал…

АЛЕКСЕЙ. Это Некрасов сказал. Побойся Бога.
МИШЛАЕВСКИЙ (зевая). Ну и Некрасова повесить». (М.А.Булгаков. Пьесы 1920-х годов. Л.: Искусство, 1990, с.39.  Кстати, замечу, что и Некрасов родился на Украине, в городке Немиров на Подолье, рядом с родиной отца Достоевского – С.С.).

В раздражении Мишлаевского нельзя не заметить того, что в сознании этого персонажа, наша православная идея (и вытекающая из нее, высказанная Достоевским, идея о русском «народе-богоносце») – связана была с представлением о земном благополучии и «домашнем уюте» дореволюционной России, – а когда благополучия не стало и пришлось по-страдать, то какие еще «богоносцы», зачем это надо?!. И какое – добавим – «триединство»?! (Ведь как раз в ту эпоху, победившая сила, на службу которой в конце пьесы подался Мишлаевский, вместе с «богоносцами», упразднила и «триединство»).

А между тем, даже в появлении под Киевом этих самых петлюровцев нельзя не узреть Божий Промысел, и своего рода «заслугу» прежней российской власти, которая (как и противостоящая ей оппозиция) была, начиная еще с петровских времен, «страшно далека от народа».

Так что на этом фоне грехи неразумных петлюровцев как-то отходят на задний план. Им, этим петлюровцам, при всем их омерзительном виде, можно даже быть благодарными – хотя бы за то, что душой ощутили и бунтом своим засвидетельствовали неправду прежних порядков - вместо того, чтобы лживо делать вид, будто все так и должно быть… Естествен-но, что, в массе своей, потерявшие к тому времени веру в Бога, они были духовно слепы – и ничего достойного предложить взамен не могли, сделавшись легкой добычей политических жуликов и демагогов, и вместо прежнего несовершенного и разрушенного ими мира, свалились в еще худшую яму…

К сожалению, все это наше «хождение по граблям» продолжается и в наши дни. Пред-ставим себе некоего гражданина Украины, изначально настроенного «на добро», которому с детства внушали, что он – «украинец» (и все его документы подтверждают то же). В истории он специально не разбирался (а если когда и заинтересуется – то ему, в первую очередь, подсунут «исторические изделия» от Грушевского и К°) и в церковь не ходит (как и его собрат из нынешней России). И когда, из предложенного ему выбора между томящейся в застенках несгибаемой, пламенной Юлей и сидящем на «золотом унитазе» Януковичем (как ему о том поведали СМИ, откуда он привык черпать информацию), - он, настроенный на «добро» и искренне желающий, чтобы все было «по правде», выберет Юлю, - то можно разве что посетовать на то, что другой, настоящей – русской - правды, никто ему не предложил, в том числе и нынешнее государство российское, которое является русской правды официальным правопреемником (а не только имущества, накопленного нашими предками за тысячелетнюю нашу историю).

4

Одной из причин, приведших автора статьи к тем выводам, которые он в ней обнародовал, – несомненно, было разочарование от провального выступления на украинских парламентских выборах партии «Русский блок». Ответственность за этот провал автор возложил на «украинцев» и, торжественно заявив, - «Они – «украинцы» снова и снова нас отвергают и уже вполне сознательно не хотят единства», - забраковал «триединство» как «непродуктивное».

А между тем, обижаться не на что – ибо сама эта партия одним своим названием «с по-рога» отсекла от себя тех, кого сегодня называют «украинцами» (а для большинства избирателей знакомством с названием партии и ограничивается «изучение» ее программных положений).

К сожалению, сегодня – в официально принятой терминологии и в восприятии подавляющей части того «электората», к которому апеллируют партии – слово «русский» означает то же, что прежде означало «великоросс». То есть партия «Русский блок» теми, кого теперь официально называют «украинцами» - воспринимается как партия «великороссов». Поэтому, чтобы рассчитывать на голоса «украинцев» - надо было, для начала, предложить им некую объединительную схему. Если же говорить об объединительных названиях, то они должны быть общими для теперешних «украинцев» и теперешних «русских» - к примеру, содержащие слова «Русь», «Союз» или слова «Россия» и «Украина». Это также может быть и указание на направление нашего развития, которое собирается отстаивать партия – ведь, по данным социологов, большинство населения Украины поддерживает стремление к интеграционным процессам на постсоветском пространстве, и в первую очередь с Россией и Белоруссией.  Все это – как минимум – нужно было выразить в словах. (Конечно, помимо этого минимума, нужны другие условия для того, чтобы избиратель воспринял партию всерьез – и ресурсы, и раскрутка, и готовность России ее поддержать). В тех же словах, с которыми пошла на выборы «русская партия» - первое слово означало для «украинцев», что она предназначена для «великороссов» и, значит, к ним отношения не имеет, а второе – «блок» - вообще нерусское.

В целом же – данная партийная структура воспринимается народом как партия по защите прав нацменьшинства – «русских» (то есть великороссов), – вписываясь тем самым в ряд других организаций по защите всевозможных меньшинств.

К тому же, защищая только «русских» (великороссов) – она тем самым разделяет их с «украинцами» (то есть с теми русскими, которых раньше называли «малороссами»). Народ же наш до сих пор не желает этого разделения признавать.

Поэтому вполне закономерно, что это разделение не признают теперешние «украинцы». Автор за это отлучает их от «триединства», хотя из всех «украинцев», составляющих большинство населения этой «державы» - «украинцами» по-настоящему можно признать лишь так называемых «свидомых». К примеру, Тягнибок с однопартийцами или Яворивский вместе со всем тем тонким слоем плавающей на поверхности украинского моря «субстанции», считающей себя «украинской интеллигенцией», – точно уже не русские. Остальная же масса, непрестанно снующая в поиске «хлеба и зрелищ», и не заметившая в свое время, когда ей нацепили новые, «украинские», ярлыки – ни о чем этом просто не думает и, при других обстоятельствах, так же с легкостью станет «русской», как теперь считается «украинской». Судить ее за это слишком уж строго не надо, так как по сути нынешние «украинцы», в массе своей, мало отличаются от тех, кого не лишили пока еще права называться «русскими». Это все те же наши люди, жизнь которых насильственно заключили в украинские формы – и вряд ли правомерно из-за этого закрывать для них саму возможность того, чтобы впоследствии стать полноценной частью триединого народа. Ведь если вспомнить недавние советские времена, то многие ли русские, на пространстве нынешней России, чья жизнь была заключена в советские формы, находили в себе смелость настаивать на том, что они не «советские», а именно «русские», и, вообще, обращали внимание на этот пункт. Тем более что и нынешним «русским», даже и в самой России, вряд ли стоит слишком уж возноситься на фоне нынешних «украинцев»: помнится, совсем недавно «креативный» президент Медведев что-то такое предлагал насчет желательности всенародного переименования – то ли в «российскую нацию», то ли как-то еще… К тому же, прежде чем изгонять «украинцев» из «триединства» - нелишне вспомнить и о том, что когда в свое время их переименовывали из «русских» в «украинцы» - их об этом не спрашивали.

Однако главной неприятностью для вождей «Русского блока» стало то, что, помимо отлучаемых автором от «триединства» «украинцев», за предлагаемое партией утилитарное представление о том, кто есть «русские» на Украине - не проголосовали и сами «русские» (великороссы), то есть те, на кого все эти подходы были рассчитаны.

Можно, конечно, предположить, что значительная часть этого многомиллионного «электората», на голоса которого рассчитывала «русская партия», по разным причинам не увидела в партии «Русский блок» реального претендента на попадание в Верховную Раду, – и потому эти рачительные люди, не желая, чтобы пропал их голос, предпочли «журавлю»  Русского блока «синицу» Партии Регионов или коммунистической партии.

Остальных же «русских», похоже, все-таки не устроили те самые правозащитные рамки, в которые «русская партия», самим своим названием, предлагала заключить русскую жизнь на Украине. Ибо, несмотря на их, зачастую весьма конформистские, способы выживания в современной украинской жизни, в душе своей, которая, как заметил Тертуллиан, «по природе христианка», - они видимо все-таки не согласились на отречение от «триединства» и на разделение с теперешними «украинцами» на два враждебных народа, которым предписывается друг от друга себя защищать.

Согласилась же на втискивание русской жизни в предложенные рамки лишь та – «продуктивная» - часть русских, которая хотела бы иметь в Верховной Раде – «русскую партию» - партию русского нацменьшинства – вроде «Шведской народной партии» в законодатель-ном органе Финляндии.

Сторонников такого выбора, по итогам голосования, набралось аж 0.3% от числа голо-совавших – что в три раза меньше результата одинокого клоуна Ляшко.

О бесперспективности такой формы выхода к украинскому избирателю – еще в самом начале существования этой партии предупреждали многие. Однако для тех, кто не желает слушать других – имеется запасной и даже более надежный способ постижения истины, со-стоящий в извлечении уроков из собственного негативного опыта. Но, несмотря на то, что за долгие годы барахтанья «русской партии» в луже «украинских реалий» опыта этого накопилось достаточно – выводы из него упорно не делаются.

Причина вся в том, что те рамки, которые ограничивают сегодня деятельность «русской партии» на Украине – воспроизводят официальную позицию нынешней российской власти в этом вопросе. Позиция же эта состоит в нежелании признавать «украинцев» частью русского народа, и общаться с этим народом, открыто или полуоткрыто, через голову украинских властей, которые для этого народа являются всего лишь чем-то вроде надзирателей, приставленных к нему Западом. Общаться примерно в том стиле, в каком позволяют себе общаться со своим «демократическим народом» в любой стране мира нынешняя «империя добра».

Такая позиция российской власти выглядит тем более неестественной, что отказ украинцам в праве считаться частью русского народа является наследием Советской власти, а все наследие Советской власти – идейное и материальное – нынешняя российская власть уже давно и благополучно похоронила.

Столь бережное сохранение этой части коммунистического идейного наследия нынешней российской властью, вызвано, в свою очередь, тем, что именно такая форма развития русской жизни на Украине более чем устраивает и, наверняка, санкционирована современными хозяевами мира, – и покушаться на нее – значит, вступать с ними в открытый конфликт.

Что же касается российской власти, то, исходя из известного морального облика ее носителей и тех обстоятельств, в которые они поставлены, можно не сомневаться, что на такие неприятности ради «триединства» они не пойдут. Да и зачем им, вообще, лишняя обуза – брать ответственность за судьбу Украины? Жертвовать ради этого своим благополучием они не станут. Как сказала бы Манька Облигация: «Не такое у них воспитание…»

То есть, все, в конечном итоге, упирается в позицию российской власти. Автор об этом, в общем-то, так и пишет: дескать, зачем нам «триединство», если – «сегодня у Кремля нет «триединого» интереса…».

Нам, таким образом, предлагается ставить один из тех основополагающих принципов, на которых построена наша цивилизация, - в зависимость от того, что в данный момент твориться в голове у того или иного нашего «лидера». Если  окинуть «мысленным взором» весьма колоритную галерею наших «первых лиц» последнего времени, начиная хотя бы от Хрущева и завершая Ельциным, то предлагаемое выстраивание приоритетов выглядит, скажем так, не вполне адекватным…

Конечно, нынешняя официальная политика России в «украинском вопросе» пока что не радует. «Политической воли» (как и совести, как и ума) официальной России хватает пока лишь на то, чтобы для тех, кого украинская власть милостиво позволяет пока считать «русскими», переслать, в утешение, через границу какую-нибудь «балалайку»… Или, за свои же средства, вывести в Россию побольше этих «русских», помогая тем самым украинским властям осуществить вожделенный для них проект «Чемодан. Вокзал. Россия». Российская власть, к сожалению, не понимает или не желает понимать, что заселение Украины и Киева тягнибоками и фарионами, и увеличение удельного веса этой «популяции» в населении (и усиление ее влияния) – еще пагубнее для России, чем заселение Дальнего Востока китайцами… И что латать российский «тришкин кафтан» следует, начиная с Украины. Решив этот вопрос, легче будет затем решать вопросы на южном и восточном направлениях.

Главная ошибка российской власти состоит в ложном представлении, что на Украине - украинская «элита» (правящая и оппозиционная) и народ – едины; в непризнании оккупационного состояния, в котором находится этот народ, и в нежелании брать на себя ответственность за его судьбу. Поэтому российская власть, вместо того, чтобы разговаривать с этим народом через голову приставленной к нему врагами России «туземной администрации», предпочитает решать вопросы с этой самой «элитой» - с заведомо проигрышным для себя результатом.

Эту ошибку прилежно повторяет и наш автор, отождествляющий украинские державные декорации с народными чаяниями. Все это заставляет его слишком уж «близко к сердцу» принимать и результаты выборов. А ведь все наши выборы являются ничем иным как своего рода «игрой в наперстки», позволяющей властям, установив нужные «правила игры» - достигать желаемого результата (и, заодно, возлагать всю ответственность за последствия «волеизъявлений» - на сам народ). Кстати сказать, результаты последних украинских выборов оказались еще и не очень плохими, – если учесть, что «неоранжевой» Украине предложили выбирать между врагами и предателями, что дезориентировало избирателей на юго-востоке и сказалось на их явке, существенно отстающей от явки на западе.

Следует сказать, что те выводы, которые автор «Непродуктивного триединства» сделал в своей статье, свидетельствуют о том, что в душе своей он сдал уже Украину и желает получить за это гарантию сравнительно комфортного существования в качестве представителя «русского меньшинства». Поэтому он пишет: «…на Украине, кроме своей реальной бесполезности, тезис о «триедином народе» ничего кроме вреда уже давно не приносит. Он не оправдывают «московскую экспансию» (потому что таковой в природе нет) с одной стороны, а с другой - вызывает раздражение у большинства «умеренных украинцев», которые при прочих равных условиях претензий к Российской Федерации не имеют, но испытывают «тревогу» по поводу «нового российского колониализма».

Во имя этого комфорта – русское триединство и объявляется «непродуктивным», - хотя ни российская власть, ни «русская партия» на Украине – еще даже не начинали разговаривать с живущим на Украине народом как с частью русского триединства…

Впрочем, то, что пока что – даже еще и не начинали – не может не вселять оптимизма...

Сергей Сидоренко для Sozidatel.org