О стрельбе в Ивантеевке и информационной среде

В подмосковной Ивантеевке ученик 9-го класса напал с топориком на учительницу и устроил стрельбу в классе из пневматического оружия. В результате инцидента пострадали четыре человека. Мы решили опросить священников и православных психологов, что на системном уровне могло послужить причиной этого ЧП федерального масштаба.

Вопрос информационной безопасности – это сегодня вопрос №1

Татьяна Шишова, психолог, арт-терапевт, сопредседатель Международного общества арт-терапевтов и арт-педагогов:

– Конечно, человеческая психика может расшататься или повредиться под влиянием неблагоприятной информационной среды. С другой стороны, человек с изначально не очень крепким психическим здоровьем особенно быстро может подсесть на всякие компьютерные игры-стрелялки, агрессивные фильмы и клипы и т.д. Насколько я знаю, этот подросток действовал не спонтанно. Он давно говорил и писал в блогах о своей ненависти к школе, о желании что-то с ней сделать. Все это достаточно долго в нем копилось и подпитывалось. Поэтому, я думаю, надо поинтересоваться, каким был круг его интересов, в каких группах в социальных сетях он сидел, какие музыкальные группы слушал и т.д.

Здесь должен быть комплексный подход. Во-первых, должно быть кардинальное, не косметическое, а именно кардинальное, оздоровление информационной среды. Законы, которые сейчас есть, например, «закон о маркировке», – это, конечно, хорошо, но этого совершенно недостаточно. Сегодня подросток может достаточно легко набраться впечатлений, которые расшатывают психику (группы в соцсетях, клипы, фильмы), и напитаться этими идеями, потому что существует масса ресурсов, сайтов, где буквально накачивают такими депрессивно-агрессивными настроениями. Также они подают идеи, как расправляться с обидчиками и т.д. Все это пропаганда ненависти. Поэтому, я считаю, конечно, должны быть фильтры и цензура. Есть государства, которые относятся к этому более серьезно, и у людей уже больше нет возможности посещать подобные ресурсы. Вопросы информационной безопасности и создания здоровой информационной среды – это сегодня вопрос №1, который пока решается очень медленно.

Второй аспект произошедшего – это, конечно, роль семьи. Скорее всего, этот ребенок очень много времени проводил за сидением в компьютере, в гаджетах, и вряд ли родители за ним достаточно присматривали. Я, конечно, не знаю ситуацию в семье, но тем не менее получается, что родители покупают ребенку всякие компьютерные игры и гаджеты, считают, что без них жить невозможно, а в итоге пожинают проблемы.

Важна также и роль школы. Я знаю, что этот парень наблюдался у психиатра, а к таким детям все-таки надо относиться с повышенным вниманием и стараться находить подход, помогать как-то гармонизировать их психику.

И, конечно, тут также встает просто животрепещущий вопрос о том, что за эти годы, на фоне разрушения психики детей путем информационного воздействия, у нас практически разрушена психиатрическая помощь подросткам. Реальную психиатрическую помощь сегодня подросткам получить неоткуда. В Москве даже закрыли отделение в больнице, где оказывали психиатрическую помощь подросткам, куда клали детей в психически нездоровом состоянии. Упразднена и такая специальность, как «детская психиатрия». То есть на фоне разрушения психического здоровья детей, по сути, произошло разрушение психиатрической службы для детей и подростков.

Можно сказать, что этот случай – плоды такой политики. Если она будет продолжаться, подобных плодов будет еще больше.

Мы забываем, что информация меняет нас

Священник Валерий Духанин, кандидат богословия, проректор по учебной работе и преподаватель Николо-Угрешской духовной Семинарии:

– Случившееся в Ивантеевке – это, прежде всего, душевный сбой. Пятнадцатилетний юноша действовал в состоянии аффекта, он перестал контролировать себя. Поэтому после печального события он выражал раскаяние и испрашивал прощения у тех, кто пострадал. Но этот сбой наверняка был продиктован той информационной средой, в которую себя юноша поместил.

Мы всё время забываем, что информация меняет нас. Информация – это как пища, которая может и пользу нести, но может и отравить, если она сама несет в себе яд. Обилие жестокостей, убийств в интернете, в соцсетях, в компьютерных играх привело к тому, что уже в раннем возрасте идут на такие шаги, которые раньше нормальный человек и помыслить не мог.

Есть еще один важный момент. По сведениям, юношу подвергали преследованиям и унижениям одноклассники. Он мог почувствовать себя изгоем, спрятаться где-то внутри себя, а потом выплеснуть свое негодование в виде такого экстраординарного поступка.

В юношеском возрасте присутствует героика, желание подвигов, подчеркивание своей личности. Это психология юношеского возраста. Но проявиться это может и через негатив, если ты заранее напитал себя негативом.

Весь инцидент, на мой взгляд, случился не от желания юноши кого-то убить, сколько от желания продемонстрировать себя как некоего супергероя. Это демонстрация того, что ты чего-то значишь и можешь, что к тебе тоже надо прислушиваться. Жаль, что желание заявить о себе выразилось не в творчестве, не в спортивном или интеллектуальном достижении, а в самом плачевном, уголовном поступке. Юноша добился своего: его испугались все – даже те, кто раньше над ним издевался. Только вот сильнее он сам от этого не стал. Он не другим, он, прежде всего, себе повредил своим печальным поступком.

Так и открываются окна Овертона

Михаил Хасьминский, руководитель Центра кризисной психологии при Патриаршем подворье в храме Воскресения Христова на Семёновской:

– Деструктивное поведение имеет разные формы. Сейчас у нас оно, в огромной степени под воздействием СМИ, принимает американизированные формы. Этот подросток из Ивантеевки сейчас получает пиар в средствах массовой информации и известность – таким вот парадоксальным способом. Но дураки были всегда, а СМИ это гиперболизируется и возводится в какую-то степень. А это, по большому счету, на руку врагам нас и нашей страны.

Возможно, этот парень просто душевнобольной. Возможно, это подражательное поведение. Возможно, эти действия совершены в результате какого-то аффекта. Трудно судить об этом, не зная деталей происшествия. А детали, я думаю, сейчас знают только следователи. Поэтому однозначно сказать, «что это», мне очень сложно. Тем не менее все равно стоит отметить, какую большую роль тут могли сыграть и, скорее всего, сыграли СМИ. Через большинство современных средств информации сегодня идет просто-напросто расчеловечивание. А оно влечет за собой разные формы деструктивного поведения – от насилия в школе вплоть до каннибализма.

Говорить в связи с этим о каких-то тонких душевных переживаниях, о том, что его не понимали и т.д., просто абсурдно. Человек пришел с оружием в школу, пусть и пневматическим! И не надо разбираться, как он дошел до жизни такой. Никаких оправданий этому поступку быть не может. Это абсолютное табу, это нельзя – никогда и никому! Обсуждение, как он мог такое сделать – это уже во многом попытка оправдать его. Понять логику убийцы? А зачем ее вообще понимать? Так и открываются окна Овертона. Кое-кто начинает уже жалеть его и чуть ли не сочувствовать. Напоминает известный анекдот, как адвокат, обращаясь к присяжным, говорит: «Граждане присяжные заседатели, ну сами подумайте, кто бы после этого не выкинул тещу с балкона?».

Общая, главная причина та, что никто не занимается по-настоящему воспитанием молодежи на уровне государства, как государственной политикой. Вот мы и получили множество агрессивных, часто не совсем адекватных, не признающих авторитетов (символом которого является учитель) молодых людей. И дальше таких случаев, я думаю, будет, к сожалению, становиться больше – по одной простой причине. Никто системно не занимается нравственным воспитанием молодежи, чтобы дети могли отличать добро от зла. Табу не может существовать, если нет понятия зла, если нет системного воспитательного процесса, системного духовно-нравственного воспитания на общегосударственном уровне. Если нет очеловечивания, то на смену ему приходит расчеловечивание, и тогда, увы, еще и не такое может случиться.