Сколько было противников восстановления патриаршества на Поместном Соборе 1917–1918 гг.?

101 год назад, 5/18 ноября 1917 года, в старом, ещё не взорванном большевиками Храме Христа Спасителя старец Зосимовой пустыни Алексий вынул жребий с именем московского митрополита Тихона (Беллавина). Так в истории Русской Православной Церкви было возобновлено патриаршество. Вопросу о том, так ли много среди делегатов Поместного Собора 1917–1918 гг. было противников патриаршества, и посвящена данная статья.

Нередко бывает, что историческая ошибка или неточность, появившись в одном исследовании, перекочевывает в последующие работы и учебные пособия без должной проверки и становится общим местом. Ошибкой такого рода может стать утверждение о том, что речь архимандрита Илариона (Троицкого) на Поместном Соборе в 1917 г. имела решающее значение для восстановления патриаршества в Русской Церкви.

Так, например, священник Дмитрий Сафонов (на момент написания мирянин) в своей статье 2007 года предлагает следующее рассуждение по этому вопросу:

«28 октября Поместный Собор принял решение приступить к голосованию по вопросу о восстановлении патриаршества. Предложение было поддержано 141 голосом против 112. Как видим, значительная часть членов Собора сохранила свое отрицательное отношение к идее восстановления патриаршества, однако то, что сторонники этого смогли набрать большинство голосов, в значительной степени было заслугой архимандрита Илариона. Ведь когда этот вопрос был внесен впервые, многим казалось, что вопрос совершенно не разработан и сама его постановка неправильна. В этих условиях все решали голоса еще не определившихся соборян, именно их сумел убедить в пользу восстановления патриаршества архимандрит Иларион»[1].

Архимандрит Иларион действительно был активнейшим сторонником восстановления патриаршества в Русской Церкви. Он являлся не только членом, но и докладчиком отдела о высшем церковном управлении[2]. Молодой профессор и инспектор Московской духовной академии участвовал в прениях, делал пояснения как докладчик отдела о ВЦУ, отстаивал позицию представляемого им соборного отдела[3]. Он заслужил благодарность от имени Собора за свою деятельность в качестве докладчика отдела о ВЦУ[4]. Наибольшую известность получило слово архимандрита Илариона, сказанное в защиту патриаршества. Протоиерей Владислав Цыпин говорит об этом слове как о «прославленном» и «хрестоматийном»[5].

Тем не менее, представлять ситуацию таким образом, что речь отца Илариона стала решающей для перевеса голосов сторонников выборов патриарха, было бы ошибкой.

Дело в том, что соотношение в 141 голос против 112-ти не соответствует количеству сторонников и противников восстановления патриаршества в Русской Церкви, как это трактуется в приведенной выше цитате, поскольку эти данные отражают результат голосования по другому вопросу, а именно – по вопросу досрочных выборов патриарха, инициированному усилением в Москве революционных беспорядков. Многие члены Собора не смогли присутствовать на заседании 30 октября из-за уличных боев. Члены Собора решали, выбирать патриарха немедленно или подождать более полного состава Собора. Большая часть из 112 человек, проголосовавших против безотлагательных выборов патриарха, не являлись противниками выборов как таковых.

Подавляющее большинство членов Собора не сомневались не только в необходимости восстановления патриаршества, но и в том, что патриарх будет избран. Сомневались лишь в оправданности досрочных выборов, совершаемых в отсутствии тех, кто был остановлен на пути к Соборной Палате свистом пуль и разрывами снарядов.

«Нас здесь мало, – убеждал своих сотрудников член Собора А.А. Папков, – многие наши отцы и братия сидят в разных местах Москвы и при всем желании не могут сюда придти. А мы без них будем обсуждать вопрос об избрании патриарха. Нам и в этом деле нужно согласие, которого мы достигли раньше. 217 лет у нас не было патриарха, остается подождать несколько недель, и он будет. Зачем же спешить сегодня? Мы под гром орудий в угнетенном состоянии духа будем избирать патриарха: разве это допустимо? Имейте уважение к отцам и братиям, которые не могут придти сюда. Мы можем сделать громадную ошибку, компрометирующую дело избрания»[6].

Более реалистичную картину по этому вопросу мы получим, если сравним соотношение сторонников и противников патриаршества среди ораторов, выступавших ранее по этому вопросу. Тут отношение совсем другое: 39 против 11, т.е. среди докладчиков сторонников патриаршества почти в 4 раза больше. Один из выступающих признался, что не мог «высказать определенного суждения»[7]. То есть противники выборов патриарха составили чуть более пятой части от числа выступавших. Если же учесть их (то есть противников) повышенную активность, то можно предполагать, что среди членов Собора эта часть была еще меньшей.

То, что сторонники патриаршества составляли подавляющее большинство среди членов Собора, было явным для всех. Об этом свидетельствует и архимандрит Иларион в своей речи:

«Отцы и братие! Не нарушайте радости нашего единомыслия! Зачем вы берете на себя неблагодарную задачу? Зачем говорите безнадежные речи?»[8]

По этой причине и сами противники патриаршества говорили о своей позиции как о противоречащей мнению большинства. К примеру, профессор Б.В. Титлинов, будущий идеолог обновленчества, в своем слове признался:

«Чрезвычайно тяжело говорить несогласно с видимым настроением большинства собрания»[9].

Что же касается речи архимандрита Илариона в защиту патриаршества, то она действительно вызвала восторженный отклик делегатов, поскольку отцу Илариону удалось в своей речи сконцентрировать и талантливо изложить основные церковные аргументы по теме. В своем выступлении он показал иллюзорность обсуждаемого выбора. В основу речи оратор положил следующую «истину о патриаршестве»:

«Мы не можем не восстановить патриаршества; мы должны его непременно восстановить, потому что патриаршество есть основной закон высшего управления каждой Поместной Церкви»[10].

Один из членов Собора, В.Я. Малахов, сказал, что с «исторической точки зрения» в речи архимандрита Илариона «представлены были наиболее характерные аргументы в пользу патриаршества»[11], а талантливость его речи признавалась даже идейными противниками (напр., протоиереем А.П. Рождественским)[12].

Речь архимандрита Илариона (Троицкого) стала как бы сигналом к окончанию прений по этому вопросу. После этого слова, прозвучавшего 23 октября 1917 года, прения по вопросу о патриаршестве проходят только на заседании 25 октября, а на следующем заседании 28 октября ставится вопрос о досрочном избрании патриарха, чему способствовали известные исторические обстоятельства.

Из вышесказанного можно сделать следующий вывод. Несмотря на то, что Русская Православная Церковь более двух веков была лишена канонического возглавления в лице патриарха, церковный народ сохранил традиционные взгляды на церковное управление, и подавляющее большинство Русской Церкви горячо желало и приветствовало выборы патриарха, которым по достоинству стал святитель Тихон (Беллавин), патриарх Московский и всея Руси.