Жегловым мог быть только Высоцкий…

Режиссер Станислав Говорухин снял фильм, который сметал людей с улиц и гнал к телевизорам. Это был не успех – триумф! Но сначала братья Аркадий и Георгий Вайнеры написали детектив «Эра милосердия», в основу которого легли два уголовных дела…

В первом фигурировали жестокие и долго неуловимые бандиты, которые орудовали в подмосковном Красногорске. Но с ними, разумеется, покончили.

Во второе дело угодил вполне благообразный человек – кандидат медицинских наук Евгений Миркин, обвинявшийся в убийстве жены. Однако сотрудники знаменитого МУРа докопались до истины и выявили настоящих убийц. Они буквально сорвали Миркина с эшафота – ему грозила смертная казнь…

Братья Вайнеры подарили книгу Владимиру Высоцкому. Тот прочитал ее на одном дыхании и был в восторге. Впрочем, есть другая версия: Высоцкий уезжал в «Парижск» (так он называл Париж) и вручил подаренную книгу своему другу – Говорухину. Тот прочитал и – цитирую самого Станислава Сергеевича: «Обалдел! Когда Володя приехал, я сказал ему: «Роман действительно классный, и роль потрясающая. Ты ничего похожего еще не играл, представляю, как ты это сделаешь...». 

Они поехали к Вайнерам. Гостей встретили два добродушных полных человека, любители поговорить, посидеть за столом. Как свидетельствует Говорухин, «наши представления о фильме не расходились – и в общих чертах договорились о совместной работе».

Однако братья Вайнеры отнюдь не были уверены в успехе предприятия. И поначалу их фамилии даже не было в титрах. Известные писатели, великие стратеги, но на сей раз чутье их подвело. Вот уж иллюстрация к таинственной и непредсказуемой природе успеха!..

Да и Высоцкий, очень хотевший сниматься в фильме, вдруг 10 мая 1978 года, в первый день съемок, пришел в Говорухину отказываться от роли: «Чувствую, что мне немного осталось, успеть бы еще что-то написать». И Марина Влади, оказавшаяся рядом, то есть в Одессе, туда же: «Отпусти Володю, снимай другого артиста». И – в слезы.

Но Говорухин звездную пару уговорил. К счастью...

Между прочим на роль Глеба Жеглова пробовались и другие актеры. Хорошие, известные: Николай Губенко, Сергей Шакуров и другие. Но сыграл все же Высоцкий.

Ему хотелось проявить себя в картине и в качестве поэта, певца. Но в фильме он лишь однажды садится за пианино и напевает романс Вертинского: «Вы, кажется, потом любили португальца, а может быть, потом с малайцем вы ушли…».

Мог ли знать простой капитан милиции мелодию эмигранта? Вполне. Вертинский вернулся в СССР в ноябре 1943 года. Давал много концертов, в том числе на фронте. Во время войны его напевы – о любви, разлуке, жизни и смерти – находили отклик у людей, тосковавших по мирной жизни.

Высоцкий предлагал Говорухину свои мелодии для фильма. Но тот сразу отказался от песен. Думается, Говорухин не видел в оперативнике – жестком, бескомпромиссном – лирика. Нота, исторгнутая правдивым Высоцким, могла прозвучать фальшиво.

Зато Говорухин давал другу «порулить». Когда уехал по делам, Высоцкий руководил процессом. Режиссер это подтверждал: «Все, что он тогда наснимал, – все вошло в картину». Это – опознание Фокса и допрос Груздева. Высоцкий придумал и ряд значимых деталей, придавших фильму остроту и колорит.

Когда Говорухин вернулся, артисты облегченно вздохнули. И – почти хором возопили: «Он нас измучил!» Дело в том, что Высоцкий был чересчур требователен, в нем клокотали идеи, которые он тут же изливал на изнуренные головы членов съемочной группы. Исполнители были вне себя от его бесконечных пересъемок, дополнений, исправлений сценария. А главное, никто не опаздывал на съемки, не приходил «подшофе». В Высоцком, как в руководителе, прекрасно уживались творец и диктатор.

Говорухин вспоминал о нем, что «он, несущийся на своих конях к краю пропасти, не имел права терять ни минуты». Емко и точно сказано!

Высоцкий в фильме предстал во всем блеске. Однако его что-то терзало. Вполне вероятно, он хотел сделать роль еще более рельефной, насыщенной. И – по своему, а не по говорухинскому замыслу!

Но режиссер сдерживал бурлящую энергию друга, ибо их замыслы нередко разнились. Творцы же и самолюбивы, и гневливы. Да и упрямы, в конце концов.

Известно, что на съемках не обходилось без ссор. Так, у Владимира Конкина, исполнителя роли Владимира Шарапова, не сложились отношения с партнером: «Высоцкий давит как танк, тянет одеяло на себя…» Он даже хотел уехать со съемок, да Виктор Павлов, исполнитель роли Левченко, однополчанина Шарапова, попавшего в банду «Черная кошка», отговорил.  

Впрочем, и другие члены киногруппы Конкина не жаловали. «То, что я сыграл Шарапова – это, прежде всего, заслуга Станислава Сергеевича Говорухина, – вспоминал он сам. – Все остальные были категорически против моего участия в картине, но Говорухин меня отстоял». 

Кухня актерская – сродни коммунальной. Столько же характеров, мнений, взглядов. Все амбициозны, пристрастны. И нередко – завистливы. Вспыхивают ссоры, а порой и скандалы…

Но вернемся к Высоцкому. Он не пришел на запись «Кинопанорамы» в начале 1980-го, своего последнего года жизни. Сюжет был посвящен фильму «Место встречи изменить нельзя». Владимир Конкин – исполнитель роли Шарапова – явился, Говорухин – тоже. С ними беседовал ведущий передачи – режиссер Эльдар Рязанов.

Почему же не пришел Высоцкий? Был занят? Находился в отъезде? Или не хотел, чтобы из него тянули душу?

«По поводу картины «Место встречи изменить нельзя» я не буду давать интервью, – говорил Высоцкий на одном из концертов. – И не потому, что мне нечего сказать, – не выманите, не выудите, я ушлый человек». Он посетовал, что «журналисты всегда натягивают, перевирают». И пообещал, что «вы не прочтете ни одной строчки о моем отношении к Жеглову. Все видно по тому, как я его сыграл. Я свое дело сделал, а оценивать - дело не мое, а ваше и критиков».

В общем, думайте что хотите.

Высоцкий хотел, чтобы у сериала было продолжение. Без сомнения, он хотел снимать его сам. Даже придумал начало.

Друг детства Высоцкого, «двоюродный Володькин брат», Анатолий Утевский в своей книге «На Большом Каретном…» вспоминал содержание сюжета: «Представим себе снежную зиму. Наше время. Кого-то хоронят. Старики медленно идут к выходу. Один случайно оступился и смахнул снег с маленького обелиска. На фаянсовом овале – мой портрет во френче со стоячим воротником. (Высоцкий выкатил глаза, изображая себя на фотографии.) Надпись: «Капитан Жеглов. Погиб при исполнении служебных обязанностей». Старики тихо беседуют между собой: кто такой капитан Жеглов? Никто не помнит…».

Братья Вайнеры написали продолжение сериала. Но Говорухин отказался. Высоцкий в то время был еще жив. Потом идея отпала сама собой – Жегловым мог быть только Высоцкий…

Фильм «Место встречи изменить нельзя» – кинопамятник Высоцкому. Хотя это не последняя его картина, а предпоследняя. Последняя – «Маленькие трагедии». Увы, впереди была большая трагедия.         

Когда говорят о фильме «Место встречи изменить нельзя», половину, а то и больше места занимает фигура Высоцкого. Это – правильно. Но и не совсем. Ведь в картине – целое созвездие замечательных актеров. Это и им, славным творцам, памятник. Добрым словом следует почтить ушедших – Александра Белявского, Зиновия Гердта, Александра Абдулова, Евгения Шутова, Виктора Павлова, Евгения Евстигнеева, Веру Заклунную, Всеволода Абдулова.

Помянем и Олега Савосина, исполнившего роль одноглазого бандита Тягунова. Когда еще отыщется повод вспомнить этого незаурядного человека! Он был преподавателем графики училища имени Баумана. В кино пришел случайно, но не случайно в нем задержался. Олег Иванович играл – и весьма достоверно! - жестоких бандюг, в жизни же был милым, добрым человеком. Выступал и в амплуа каскадера, не раз совершал головокружительные и опасные трюки.

Благодарное слово – здравствующим ныне актерам: Владимиру Конкину, Сергею Юрскому, Армену Джигарханяну, Наталье Фатеевой, Ларисе Удовиченко, Станиславу Садальскому, Ивану Бортнику, Леониду Куравлеву, Светлане Светличной. Одни задерживались на экране надолго, иные, мелькнув, исчезали. Но – оставляли яркий след…

Этот фильм – еще один монумент: нашей прежней жизни, где были честные милиционеры, почитавшие долг, радужные надежды, надежда на грядущее милосердие и стойкая уверенность в том, что воры и убийцы непременно будут сидеть в тюрьме.

«Место встречи…» еще долго будут смотреть те, кто полюбил сериал 40 назад, когда ленту впервые показали по телевидению. Как те старики, что встречаешь порой в больнице. Смотрит он любимый сериал, и по его морщинистым щекам текут слезы. А в дверь просовывается медсестра: «Вам пора на процедуры».

Старик отмахивается: «Подожди. Досмотрю, пока Горбатого возьмут». Он смотрел фильм четыреста или пятьсот раз, но все равно опасается, что бандиты разорвут милицейский кордон, убьют Шарапова, Жеглова. И ускользнут, затаятся на какой-нибудь «малине» в Сокольниках или Перове…

Но Горбатого и дружков в очередной раз возьмут. И Жеглов снова истошно закричит: «А теперь Горбатый! Я сказал – Горбатый!»…