Иранская инициатива

Баку-Ереван-Степанакерт: возможны ли компромиссы и... новые посредники?

 Сегодня очевидно: ситуация как в армяно-азербайджанских отношениях в целом, так и, в частности, связанная с Нагорным Карабахом, требует новых подходов. Миротворческий формат миссии ОБСЕ — Минская группа, созданная в 1992 г., — не привел стороны даже к продуктивному диалогу. Более того, участник этого формата — Турция — вполне официально провоцирует Баку на эскалацию конфликта, ультимативно требуя от Еревана односторонних уступок.

Сложившейся обстановкой обеспокоены и соседние страны — Иран и Грузия. Потому Тегеран, а следом и Тбилиси на днях предложили своё посредничество в налаживании армяно-азербайджанского диалога. Причем иранская инициатива не исключает участия России в процессе урегулирования, а грузинские власти, похоже, рассчитывают сугубо на свои посреднические возможности.
 
Примечательно, что предложение Тегерана не только по посредничеству, но и по новому формату диалога перекликается с недавним заявлением Еревана о возможности допуска миротворческого контингента РФ в зону конфликта.
 
В этой связи, характерно заявление главы МИД Ирана Джавада Зарифа 27 сентября с.г.: «Мы призываем стороны к немедленному прекращению боевых действий и к диалогу для решения спорных вопросов. Наши соседи — это наш приоритет, и мы готовы предложить услуги посредника, чтобы сделать возможными переговоры. Нашему общему региону нужен мир». В Ереване нет негативной реакции на это предложение Тегерана, а реакция Баку на возможное иранское посредничество пока не озвучена. 

Кроме того, иранская сторона предлагает новый формат переговоров, так как нынешний, считают в Тегеране, себя не оправдал. Особенно в сфере контроля над экспортом вооружений враждующим сторонам, хотя формат ОБСЕ предусматривает эмбарго на такие поставки.
 
По оценкам международного Стокгольмского Института проблем мира (SIPRI), британского «The Military Balance» и ряда других источников, поставки вооружений и боеприпасов обеим сторонам за последние 10 лет увеличились минимум вдвое. Они идут в основном из России, Турции, Израиля, Франции.
 
В этом плане характерен анализ ситуации, данный Пьером Алонсо, известным французским военным экспертом, в «Либерасьон» (Париж) 1 октября с.г.: «Баку импортирует гораздо больше военной техники, чем Армения: за последнее десятилетие почти в 10 раз больше, чем его противник, согласно и данным SIPRI. Лидирует в таком экспорте Россия (две трети), за ней следуют Белоруссия, Израиль и Турция. Так, азербайджанская армия оснастилась новейшими израильскими беспилотниками и системами ПВО».

Относительно французского военного экспорта П. Алонсо отмечает, что Парижу «удалось продать Азербайджану боевую технику в 2015-2016 гг. более чем на 148 млн евро». Но при этом «в последние несколько лет ведутся переговоры по поводу новых поставок». Более того: «Франция пыталась продать Баку военные корабли». 

Что касается предварительных деталей иранской инициативы, то здесь речь идет о посредничестве, прежде всего, в прекращении военных действий и отводе войск на равноудаленное расстояние. При этом иранская сторона, повторим, небезосновательно считает, что действующий миротворческий формат ОБСЕ недееспособен и потому себя исчерпал. По информации издания RT, «Иран выступил с критикой Минской группы ОБСЕ (Россия, США и Франция), не способной урегулировать конфликт. И призвал создать новую посредническую группу, состоящую из России, Ирана и Турции».
Предложение Тегерана по составу переговоров о комплексном урегулировании конфликта — это США, РФ, Франция, Турция, Иран, Грузия плюс Армения и Азербайджан. Причем отмечено, что «новая группа переговорщиков уже работает» (хотя не уточняется, какая именно ).
 
Заинтересованность в посредничестве Грузии выразил 30 сентября грузинский премьер Георгий Гахария ввиду ее соседства со всеми странами, прямо или косвенно вовлеченными в конфликтную ситуацию.
 
При этом в Тбилиси пока не комментируют предложения Тегерана насчет вариантов нового — расширенного формата переговоров.

Так или иначе, но уже сама география этого конфликта не может не способствовать участию в переговорном процессе всех соседей Азербайджана и Армении. В Иране, скажем, полагают, что начальная стадия переговоров едва ли возможна без того, чтобы власти Нагорного Карабаха (НКР) не возвратили Азербайджану его районы, сопредельные с НКР, но включенные в НКР в начале 1990-х (имеется в виду Нагорно-Карабахская автономная область в легитимных границах на 1 января 1990 года). А во-вторых, важно, чтобы были прекращены военно-политическое вмешательство Турции в конфликт и действующая с 1993-го турецкая транспортная блокада Армении. Предлагается также ввести дееспособный, подлежащий международному контролю мораторий на поставки вооружения и боеприпасов конфликтующим сторонам.
 
Не исключено, что для этно-территориального размежевания в Нагорном Карабахе может быть предложен, в том числе при иранском посредничестве, принцип кондоминиума — совместного управления этим регионом — в рамках азербайджано-армянской администрации (с местными национальными администрациями в моноэтничных районах).
 
Притом на первых порах — под эгидой ООН и/или стран-посредников. Поскольку международное признание армянской, то есть моноэтничной, НКР невозможно уже потому, что азербайджанцы, вытесненные в первой половине 1990-х из НКР, составляли не меньше четверти населения Нагорного Карабаха. 

Основные варианты кондоминиума — географический или этнический — поныне имеют место, напомним, в Боснии и Герцеговине (этнический вариант), на восточнокарибском острове Сен-Мартен (географический вариант: Нидерланды — Франция). Длительное, притом небезуспешное, сочетание географического и этнического вариантов было основой совместного управления в Судане в 1920-х — середине 1950-х гг. (британо-египетский кондоминиум), на тихоокеанском архипелаге Новые Гебриды в 1906-1980 гг. (британско — французский кондоминиум).

Как видим, прецеденты решения подобных проблем имеются. Но в любом случае востребованы не только срочные меры по организации диалога, но и готовность противоборствующих сторон к компромиссам. 
 
Иначе возможна трансформация конфликта в многостороннее военно-политическое противостояние.
 
Мировому сообществу в данный момент требуется совершенно иное развитие событий в регионе. Именно в таком ключе в понедельник, 5 октября, было сделано совместное заявление главы МИД России Сергея Лаврова, Франции — Жан-Ив Ле Дриана и госсекретаря США Майкла Помпео, которые самым решительным образом осуждают опасную эскалацию насилия в Нагорном Карабахе. Главы дипведомств стран — сопредседателей Минской группы ОБСЕ призвали стороны конфликта к немедленному и безоговорочному установлению режима прекращения огня. Они также указали, что Россия, Франция и США твердо настроены в полной мере осуществлять мандат, возложенный на них ОБСЕ и международным сообществом. Услышат ли только их конфликтующие стороны?