«Нафтогазом» по «Газпрому»?

Для того, чтобы, якобы, создать условия для здоровой конкуренции, МВФ выдвигает в качестве одного из ключевых своих требований уравнивание цен на газ для промышленности и населения. На Украине при этом сложилась парадоксальная ситуация – потребление газа в промышленности неизменно падает, а цены для населения растут. Сегодня простые граждане соседней страны уже не в состоянии оплачивать возросшие практически семикратно за неполные пять лет счета за использование голубого топлива. Выход ищут в снижении потребления, либо, если дом частный, пытаясь по старинке разжиться дровами или углем.

Видимо, поэтому какую-то светлую голову вдруг и осенила мысль сказать свое слово в бурно развивающейся президентской гонке в бывшей братской стране, «потопив» столь ненавистного Петра Порошенко газовой торпедой. Сделать это решили за счет организации встречи с двумя, на первый взгляд, пророссийскими политиками Виктором Медведчуком и Юрием Бойко, в ходе которой им были обещаны поставки газа по сниженным ценам.

Откровенно говоря, услуга оказана сомнительная, ведь в адрес обоих политиков практически сразу посыпались обвинения в государственной измене и сепаратизме.
 
Что ж, получилось, как всегда – вроде бы не обделенные опытом участники политических игр, сумевшие выжить в нелегких условиях разгрома сил, выступающих за дружбу с Москвой, а тут подставили и сами себя, и свои партии, которые и без того находятся под постоянным огнем критики со стороны доминирующих ныне любителей западных ценностей…

Но все вышесказанное лишь одна сторона медали. Суть в том, что мы на самом деле недостаточно исчерпывающе осведомлены о потенциале Киева в энергетической сфере. А ведь, по меньшей мере, в последние несколько лет оценки составляющих энергобаланса наших соседей сильно изменились в сторону увеличения, даже за вычетом возможного завышения запасов по политическим либо финансовым мотивам.

Как следует из результатов проведенных в последние несколько лет геологических изысканий, на Украине можно выделить две газоносных провинции. Потенциальные запасы самой крупной, Днепровско-Донецкой, равны примерно двум-восьми триллионов кубометров газа. Она раскинулась огромной дугой вдоль российской границы на территории Киевской, Черниговской, Харьковской, Полтавской, Сумской и Луганской областей.

Вторая значимая газоносная провинция уютно расположилась в карпатском регионе. Она хоть подразделяется на Прикарпатскую, Карпатскую и Закарпатскую, в конечном итоге может рассматриваться как единое целое. Ее прогнозируемая мощность – 2,4-4 триллионов кубометров газа. Помимо этого существует еще и нефтегазоносная провинция на юге, в Одесской области, на прилегающем шельфе Черного моря, а также в северных акваториях Азова.

Как видим, разброс прогнозируемых запасов довольно велик. Это означает, что реальный объем подземных кладовых может быть как несколько выше, так и ниже примерно на порядок. Но даже в этом случае и эти цифры для масштабов наших беспокойных соседей очень неплохи.
 
Буквально на днях западные и украинские специалисты обнародовали данные, согласно которым бывшая всесоюзная житница имеет совокупных запасов газа чуть менее триллиона кубометров, и это еще не самые оптимистичные цифры.
 
Фокус в том, что даже в этом случае Украина вполне может претендовать на место второй европейской газовой державы, уступая лишь Норвегии и опережая Голландию, не говоря уже о Великобритании, Польше и Румынии.

Конечно, автор данных строк далек от мысли о том, что уже в ближайшей перспективе наш крайне беспокойный сосед быстро разбогатеет, а жители соседних стран выстроятся в многокилометровые очереди за украинским гражданством. Во-первых, примерно половина от приведенных объемов являет собой ставший притчей во языцех так называемый сланцевый газ. Его добыча крайне сложна, что делает ее рентабельной лишь в условиях высоких цен на энергоносители. К тому же держателями технологий здесь выступают западные компании, прежде всего, американские, что автоматически ставит вопрос о дележе продукции и полученной прибыли с зарубежными партнерами. Уж себя-то любимых они согласно принципу «тебе-вершки, мне-корешки» не обидят.

Во-вторых, не будем забывать и о том, что так называемые технологии гидроразрыва пласта, применяющиеся для добычи сланцевого газа, подразумевают закачивание в скважину высокотоксичных субстанций. Последствия, о которых американцы предпочитают не распространяться, давно известны – отравление подземных вод, вынужденный вывод из сельхозооборота значительных площадей. Может быть, для более или менее промышленно развитых Арканзаса, Пенсильвании или Оклахомы, где также занимаются добычей сланцевого газа, с их относительно большими территориями потеря нескольких тысяч гектаров плодородных полей и сущий пустяк, но для той же Полтавщины или Харьковщины, намного меньших по площадям и с головы до пят сельскохозяйственных, утрата даже меньших сельхозугодий станет серьезным ударом. А отравление грунтовых вод в условиях, когда подавляющее число домохозяйств на селе и даже определенный процент в городах использует колодцы как основной и часто единственный источник водоснабжения, неизбежно вызовет масштабное экологическое бедствие.

Так что подачки в виде милостивого разрешения сеньора тамошним аборигенам оставлять ренту за использование добычи газа на местном уровне, в качестве звена в реформе местного самоуправления, наводят на мрачные мысли о грядущем соседей.

Но об этом, похоже, ни украинские компании, ни их западные коллеги предпочитают не задумываться. Например, один из «незалежных» спецов в этой области на голубом глазу не так давно принялся утверждать, что, де, технологии добычи сланцевого газа не более вредны, нежели добыча угля, в процессе которой ежегодно погибает определенное количество шахтеров. Будь этот господин несколько более осведомленным, он бы обязательно упомянул о токсичности, хотя и небольшой, содержащих соединения тяжелых металлов угольных отвалов, – аварии в шахтах, особенно при соблюдении техники безопасности, дело не столь частое, хотя и неизбежное, в то время как высокотоксичные вещества и сланцевый газ – понятия неразрывные.
 
Как бы там ни было, но, похоже, в Белом доме уже давно принято решение о начале массовой добычи газа на Украине.
 
Исходя при этом из следующего: бывшая наша всесоюзная житница должна своими поставками газа не столько обеспечить себя, сколько стать за счет начала поставок в Европу временным сдерживающим фактором для российской газовой экспансии. А между тем последняя представляется практически неизбежной в условиях постепенного сворачивания добычи газа в Голландии и неспособности Норвегии полностью заменить российский газ в Старом Свете из-за не слишком понятной ситуации с перспективами новых месторождений. Кстати, если бы мы не отдали Осло часть шельфа в Баренцевом море в приснопамятном 2011 году, у заносчивых потомков викингов даже мысли не возникло бы о расширении своего присутствия на европейском рынке газа – банально не хватило бы потенциальных запасов. Сыграло свою роль и исчезновение надежд на строительство газопровода из Катара в Европу через Сирию. Так что, киевскому газу отводится роль в сдерживании «Газпрома» ровно до того момента, пока добрый дядюшка Сэм не начнет гнать свой сжиженный газ танкерами через Атлантику в Европу.