altВ России есть люди, которые могли бы модернизировать страну, есть представление о том, как этот процесс можно было бы запустить, но пока не хватает для этого политической воли. Причем не столько у власти, сколько у населения, которое не демонстрирует заинтересованности в превращении в современное общество. К таким выводам пришли эксперты по итогам первого круглого стола в рамках нового проекта «Росбалта» «Дорожная карта модернизации». Обсуждение состоялось в московском пресс-центре «Росбалта».

«О модернизации поговорить интересно, — о ней уже 300 лет говорят, начиная с царевны Софьи и князя Василия Голицына», — заметил ректор Академии народного хозяйства при правительстве РФ Владимир Мау. По его оценке, Россия стабильно отстает от Запада на 40-50 лет или на два поколения. И с этим можно было бы смириться, если бы сегодня не было опасности перестать двигаться вперед, пусть и с отставанием, а перейти к резкому откату назад, в доиндустриальное общество, вместо того чтобы превратиться в постиндустриальный социум.

«Модернизация – это не железки, а институты, связанные с функционированием человека», — поясняет свою мысль Мау. Поэтому сегодня надо думать не о том, как реформировать те отжившие свое системы, которые нам достались в наследство от Советского Союза, а глубже – едва ли не от канцлера Отто фон Бисмарка, как, например, пенсионная или образовательная система. Необходимо думать, на что их стоит заменить, уверен Владимир Мау. То есть речь должна идти о радикальном переустройстве всего окружающего современного человека пространства.

Владимир Мау, чтобы проиллюстрировать свою мысль, напомнил, что пенсионная система, работающая сейчас в России, впервые появилась в конце XIX века в Германии по решению канцлера Отто фон Бисмарка. На тот момент средняя продолжительность жизни в Германии составляла менее 50 лет, а пенсия давалась с семидесяти. Это был «утешительный приз для тех, кто все-таки дожил». Так же было, скажем, и в Великобритании. Соответственно, надо думать «не о том, как углубить систему Бисмарка, а о том, как от нее отказаться». Эксперт даже высказал в качестве гипотезы радикальное предположение: возможно, есть смысл вовсе отказаться от выплаты пенсий всем, кроме инвалидов и временно нетрудоспособных.

Сходная картина наблюдается и в области медицинского обеспечения, система которого строится на том, что человек «некоторое время живет, а в конце немного лечится, – если успеет». В наши дни, когда, по словам Мау, человек «всю жизнь лечится либо оздоровляется – является объектом заботы врачей», бюджетное здравоохранение с такой задачей справиться не может. 

Поэтому нужна целая всеобъемлющая новая система общественных институтов, которые и обеспечат модернизацию. Собственно, считает Владимир Мау, изменение социальных институтов – это и есть модернизация, которая позволит наращивать «инвестиции в человеческий капитал – образование, медицину и пенсионное обеспечение». Ведь это именно те сферы, которые являются базовыми для развития современного постиндустриального общества, как производство чугуна или железные дороги – в прошлые века.

В то же время, как отметили эксперты, собравшиеся в московском пресс-центре «Росбалта», чтобы рассмотреть возможность составления так называемой «Дорожной карты модернизации», для изменения институтов общество должно выработать определенный консенсус по этому вопросу. Необходимо понять, отметил, в частности,  доктор экономических наук Дмитрий Чернейко, – кого мы рассматриваем как субъекта модернизации, то есть проводит ее общество, индивидуум, или речь идет о традиционной для России попытке переделать все «сверху». По его мнению, «решение о модернизации должен принять сам этнос».

«Модернизация может начаться с каких-то кластеров типа Сколкова, — предположил экономист, — но для ее дальнейшего продвижения весь этнос должен быть в ней заинтересован».

Однако, по мнению демографов, проблема в том, что ни специалисты, ни власти не имеют четкого представления о том, что представляет собой российское общество, а соответственно – что ему требуется. Как отметил руководитель Центра по изучению проблем народонаселения МГУ Валерий Елизаров, из-за этого незнания власти постоянно ошибаются в проведении реформ, выбирают не то время, не доводят их до конца или осуществляют вопреки здравому смыслу.

В частности, как полагает Елизаров, в 1990-е и 2000-е годы можно было бы провести реформы системы образования, пенсионного обеспечения и армии, учитывая благоприятные моменты с точки зрения демографии, но этого сделано вовремя не было. А ведь можно было создать благоприятные условия в контрактной армии, привлечь туда большое поколение «бэби-бумеров», родившихся в 1980-е годы, тем самым решив проблему «демографической ямы», которая заставляет сегодня военных сокращать отсрочки от армии и даже добиваться продления призывного возраста до 30 лет. Но это не было сделано.

Не задумывается никто сейчас и о предстоящем уменьшении количества студентов и ожидающемся в ближайшие годы заметном снижении числа детей дошкольного возраста. Продолжают звучать рассуждения насчет нехватки детских садов, когда пора уже обеспокоиться недостатком учителей начальных классов. Та же история и с возможностью плавного повышения пенсионного возраста, которая уже практически упущена.

В свою очередь директор Института демографии Высшей школы экономики Анатолий Вишневский напомнил, что советские руководители, особенно при Сталине, позаимствовали у Запада много технических достижений. Однако это напоминало «пересадку цветка из почвы в вазу с водой» и не могло перейти в естественное развитие. «Мы смотрим на других, но у нас нет внутреннего локомотива, — подчеркнул Вишневский. – И в СССР Косыгин говорил: «Отстаем». 

Нормальной почвой для современного общества являются предпринимательство, частная собственность и парламентаризм, отметил Вишневский. «На старой почве инновации не живут, — подчеркнул ученый. – А мы за эту почву держимся». По мнению Вишневского, в начале 1990-х годов новое российское государство не воспользовалось возможностью подлинной модернизации и предпочло реставрировать многое из советского прошлого. Ну а Владимир Мау предполагает, что спасти Россию может только «тяжелый кризис с решительным и безвозвратным падением цен на нефть и газ». 

Автор: Иван Преображенский
Источник: rosbalt.ru