altПо мнению экспертов, инновационный прорыв произойдет в России не раньше, чем через три года. Чиновники строят свои доклады так, будто этот прорыв уже состоялся. Между тем, большинство людей до сих пор не очень понимают значение самого термина.

Как заявил на III Санкт-Петербургском международном инновационном форуме председатель Госдумы Борис Грызлов, «Сколково» может и должно стать хорошим примером инновационных, которые есть у страны. «Но нужно понимать, что потенциал у нас гораздо шире. В России исторически сложились условия и традиции для инновационных решений», — подчеркнул он. «Центры инновационного роста в России уже есть, — заявил Грызлов. — Но они пока еще не объединены в единый комплекс, призванный гарантировать конкурентоспособность российской экономики в целом». То есть заявление выглядит так, будто Россия реализует некий план — поэтапно и строго по графику.

Однако на самом деле никого плана пока нет. Более того, у власти даже нет четкого определения того, что понимать под термином «инновации». Например, в Петербурге в достижения региональной инновационной программы власти записали строительство буксира ледового класса за 135 млн рублей, реконструкцию и строительство светофоров за 179 млн рублей, закупку трамвайных вагонов на 175 млн рублей и вагонов для метро. И это позволило Грызлову назвать северную столицу лидером инновационного развития России, где «более чем в 350 организациях более 80 тысяч человек выполняют исследования и разработки».

Обычные граждане тоже путаются в терминах. По заказу «Росбалта» портал SuperJob.ru провел опрос, по результатам которого выяснилось: только 27% респондентов считают, что инновационный путь в первую очередь подразумевает «внедрение в экономику новейших технологий, обновление производственных мощностей, развитие Интернета и нанотехнологий», «новейшие технологии и системы управления, новую организацию производства и труда». Еще 5% уверены, что это «избавление от «сырьевой зависимости» и «нефтяной иглы», развитие и разработка собственных высоких технологий, которые будут обеспечивать статус России как передовой державы, а не сырьевого придатка». При этом 13% считают, что инновации — это «развитие демократических институтов в стране, модернизация закона о выборах, реформирование силовых структур, судебная реформа», «изменения в налоговом законодательстве», «профессиональная армия, доступное жильё, зарплата по способностям», «социальные программы», «привлечение инвестиций». А еще 13% опрошенных вообще считают разговоры о новом пути развития пустыми словами.

Впрочем, чиновникам и народу разрешено все понимать неправильно — лишь бы вовремя брали под козырек. О реальном же положении дел с инновациями в России на петербургском форуме говорили эксперты. Так, по оценкам гендиректора ОАО «Свободные экономические зоны» Игоря Косова, сейчас при поиске «локомотивов» акцент делается на ведущие мировые компании. «250 инвесторов из 18 стран у нас уже есть, — сообщил Косов, — мы ведем с ними переговоры». А по словам гендиректора Российской венчурной компании (РВК) Игоря Агамирзяна, венчурные инвестиции – это только один из инструментов, но необходимо создание благоприятной среды в целом. Поэтому РВК сейчас не столько работает в сфере инвестиций, сколько «подготавливает почву». Например, участвует в создании экспертных советов, способных определять инвестиционную привлекательность тех или иных научных разработок. И с одной стороны, в эти советы привлекаются представители российской науки, с другой – эксперты транснациональных компаний.

Получается, что участники форума как бы верят, что Россия способна призвать под знамена инноваций число собственных молодых перспективных ученых, которые «свернут горы». Но, как минимум, не ожидают, что это произойдет в близкой перспективе. И до поры готовы отдать процессы инновационного становления страны на откуп транснациональным корпорациям.

Как сообщил «Росбалту» заместитель председателя правления Евразийского банка развития Геннадий Жужлев, сегодня в России инновации действительно развиваются лишь точечно. Для существенного же роста объема инноваций необходимо наличие стимулов и ресурсов. К стимулам эксперт отнес запросы рынка (т.е. спрос на новую, более конкурентоспособную продукцию, услуги и т.д.); запросы/требования властей (экологические нормы, требования по энергоэффективности, прочие госпрограммы); экономические преференции (специальные налоговые режимы, целевые ресурсы/фонды, налоговые льготы). К ресурсам — свободные финансы, доступ к технологиям и наличие квалифицированных кадров. «Сегодня в России созданы предпосылки для реализации этих условий, — констатирует Жужлев. — Рынки все более открыты (а значит, и более конкурентны), запрос властей очевиден и четко сформулирован, реализуются ряд стимулирующих инвестиции программ/проектов, появились долгосрочные финансовые ресурсы (Внешэкономбанк, Роснанотехнологии, ЕБР)».

Между тем, по мнению аналитика, для России выгоден любой способ повышения конкурентоспособности национальной экономики — при условии, что эта экономика остается национальной. То есть транснациональные компании не должны стать монополистами в отдельных российских отраслях, остальное Россию не пугает. ТНК, в свою очередь, пойдут в Россию только тогда, когда их устроит соотношение риск/доходность инвестиций. «Чем быстрее развивается наш внутренний рынок и растет спрос – тем больше стимулов идти в Россию, — уточнил Жужлев. — Например, создавая единое экономическое пространство (ЕЭП) с Казахстаном и Белоруссией, мы расширяем рынок, а значит увеличиваем потенциальную доходность инвесторов. Чем больше вводится законодательных ограничений для иностранных инвесторов (даже вполне справедливых), тем выше их риски».

«Я считаю, что текущие условия привлекательны для ТНК, и мы уже имеем значительные объемы инвестиций от ТНК, просто не все эти проекты на слуху, — резюмирует представитель ЕБР. — Дальше будет больше. Россия на сегодня по соотношению риск/доходность является привлекательной страной».

В свою очередь, соучредитель «Предпринимательского форума MIT в России» Илья Дубинский заявил: «Любое действие правительства, даже если оно не эффективно, но совершается в правильном направлении, уже полезно». По его оценке, сейчас власть буквально швыряется деньгами. Например, звучат заявления о планах создать при российских вузах порядка 500 предприятий. «Если это создается приказом сверху, то результат получится не очень жизнеспособным, — отмечает Дубинский. — Однако на каждом из этих предприятий поработает по десятку талантливых ребят, и потом этим ребятам захочется создать что-то свое».

То есть с инновациями в России всё небезнадежно, положительное движение есть, и, если у власти хватит выдержки и денег (в бюджете РФ расходы на соответствующую федеральную целевую программу с 436,5 млрд рублей в 2010 году постепенно будут увеличиваться до 579,3 млрд в 2013 году), то инновационный прорыв неизбежен. И, по мнению Жужлева, существенный рост инноваций должен произойти в России в ближайшие 3-5 лет.

Автор: Наталья Иванова-Гладильщикова
Источник: russ.ru