Широкий круг аналитиков называют глобализацию в качестве одной из причин текущего мирового кризиса. Осмыслено ли влияние процесса глобализации на Россию?

Академик С.Глазьев отметил: "Мощь глобализации сокрушила российскую обрабатывающую промышленность, выдавив российскую экономику на сырьевую периферию мирового рынка и лишив ее даже суверенитета в денежной политике, суть которой сводится исключительно к поддержке американского доллара". В.Третьяков подчеркнул: "В чем США и многие в Евросоюзе опять сходятся, так это в желании лишить Москву, как любит выражаться Сергей Караганов, "остатков глобального мышления", постоянно приучая Россию к мысли, что она теперь не более чем региональная держава". В.Федотова считает: "Глобализация вообще не стала темой размышления правящих кругов России ни в качестве угрозы (как ее воспринимают старые левые), ни в качестве вызова (как к ней должна была бы отнестись правящая элита)". И с данной позицией необходимо согласиться.

Б.Ключников подчеркнул: "Глобализация, вопреки либеральной теории, привела к неожиданным и участившимся потрясениям и кризисам". М.Леонтьев отметил: "Наша проблема в том, что Россия является частью глобального рынка. И в той степени, в которой мы являемся его частью, мы и страдаем". С.Батчиков поставил фундаментальный вопрос: "Как, не имея возможности уклониться от глобализации и не имея сил навязать ей свою "повестку дня", направить ее удар по касательной – и при этом преобразовать, насколько удастся, энергию этого удара на пользу России?" Этот вопрос позволит нам осознать степень осмысления влияния процесса глобализации на Россию.  

Глобализация глазами алармистов

Историк А.Фурсов отметил следующее: "Черная смерть" - эпидемия чумы предшествовала кризису "длинного XVI века". Посреди великого переселения народов - в VI веке - бушевала еще одна эпидемия чумы, ослабившая Византию и косвенным образом способствовавшая мусульманским завоеваниям. Примеры из XX века - «испанка», унесшая больше жизней, чем мировая война 1914-1918 гг. и СПИД, стартовавший вместе с глобализацией - причем в буквальном смысле: слово "глобализация" появилось в том же году, когда "зафиксировали" вирус СПИДа - в 1983". А.Фурсов считает, что "глобализация - это и есть, прежде всего, исключение всего лишнего, "нерентабельного" населения из "точек роста". Глобализация социально - не единая планета. Это две сотни связанных только между собой точек, сеть, наброшенная на остальной мир, в которой он беспомощно барахтается, ожидая последнего удара".

Д.Голубовский презентовал инновационное видение капитализма: "Что такое виртуальный капитализм, который уже начинает сегодня формироваться благодаря тому, что виртуальным математическим моделям дано практически неограниченное право заменить собой реальные рыночные показатели в бухгалтерских документах? Это будет просто глобальная компьютерная экономическая стратегическая игра, масштабу которой обзавидовался бы Сид Мейер, создавший легендарную серию компьютерных игр Civilization, и эта игра, похоже, уже начинается". С.Валянский акцентирует внимание на аспекте ценностей: "Нынешний "мировой экономический кризис" - это не совсем экономический кризис, а кризис демонических "общемировых демократических ценностей" с её столь же сатанинским глобализмом. Кому-то может показаться оскорбительным или неуместным сравнение с сатанизмом, но как же ещё описать эти самые демократические ценности базирующиеся на: ненасытной жажде денег; зависти к тем, кто больше денег имеет; гордыне; нигилизме; космополитизме и ненависти к национальной культуре, традициям и особенностях; толерантности ко всевозможным извращениям и мерзости... Список можно продолжить и в конечном итоге - всё это сводится или к сатанизму, или к Содому и Гоморе. Если политкорректно выразиться, то всё, что сейчас происходит - это результат того, что к власти во всём мире пришли люди очень ограниченные в интеллектуальном плане, с потребительским мышлением, с полным отсутствием духовного и нравственного развития и то, что именно эти же принципы вместе с расширяющимся глобализмом приняты за норму практически во всём "цивилизованном" мире".

С.Батчиков выделил следующее: "Глобализация привела к взрывному развитию антигуманной морали, сплотила ее носителей. Это революция отщепенцев. Ставшая возможной благодаря важным прорывам в технологии, эта революция регрессивна. Россия переживает не просто взрыв преступности, жестокости и бессмысленного насилия. Длительный кризис многих сделал черствыми, заставил спрятаться в индивидуальной скорлупе. В сознание молодежи уже почти двадцать лет внедряются идеи социал-дарвинизма. И не только идеи, но и активная алчность, жестокость, культ тупой силы… Для России нынешнее возрождение союза капитала и мафии, усиленного глобальными связями, может сыграть фатальную роль".

Гейдар Джемаль в статье "Золотой миллиард" – это миф" отметил: "Глобализация – это, прежде всего, политический процесс. Его суть заключается вовсе не в создании всемирной рыночной экономики и информационной инфраструктуры, как кажется сегодня многим. Глобализация - это процесс захвата политической власти транснациональной финансовой олигархией и связанной с ней международной бюрократией. В том случае, если этот процесс будет доведен до конца, национальные суверенитеты будут демонтированы, а демократические права и свободы - упразднены. Этот итог будет закономерным результатом развития мировой финансовой системы, которая все меньше оперирует бытовым потреблением, все меньше зависит от оборота реальных товаров. Международные финансовые спекулянты скоро вообще перестанут нуждаться в рынке, поскольку оперируют "воздушными" деньгами, не обеспеченными какой-либо товарной массой. По мере того, как теряет свое значение производительная часть мировой экономики и ее потребительский сектор, международная финансовая олигархия перестает считаться с политиками, которые избраны населением. Новая экономика прекрасно обойдется без потребителей, а значит - и без избирателей, с мнением которых нужно считаться". А.Калинин видит следующую перспективу: "Плохо знаю, что такое глобализация (физики говорят, что она и то, и се), но уверен, что народы, разучившиеся хотеть и ничему путному не научившиеся, глобализация непременно разотрет в пыль".

О.Четверикова отметила следующее: "К принятию идеи "нового порядка" мир подводят постепенно, чтобы не спровоцировать событий, под влиянием которых всеобщий протест против ухудшения условий человеческого существования повернёт "не в то" русло и станет неуправляемым. Главное, чего удалось здесь достигнуть на первом этапе, – это начать широкую дискуссию о "глобальном управлении", о "недопустимости протекционизма", с упором на "бесперспективность" национально-государственных моделей выхода из кризиса. Эта дискуссия разворачивается в условиях информационного давления, нагнетающего общую тревогу, страх и неуверенность людей". Писатель Д.Володихин подчеркнул: "Слова "либерализм", "глобализм" и "демократия" вызывают у огромных масс народа и большей части интеллектуалитета не то что бы отторжение на уровне инстинкта, нет, это — пройденный этап". Д.Володихин считает, что "проект глобализации, прежде всего, опасен отсутствием "стратегических резервов", способных смягчить положение". И с данной позицией необходимо согласиться. 

Глобализация - регрессивная революция

В.Максименко отметил: "Глобализация как "подлинная экономическая революция" - это мировая революция, призрак которой призывали еще в середине ХIХ века авторы "Манифеста коммунистической партии". Глобалистский идеологический проект носит ярко выраженный революционный характер. Он предполагает полное пересоздание способа производства и общения в мировом масштабе. "Глобальная революция" (термин введен представителями Римского клуба в год разрушения СССР - 1991-й) притязает на мир. Она стремится творить мир "по своему образу и подобию", и в этом смысле (как новая форма утопического идеала) она выступает идеологическим подобием мировой коммунистической революции".

С.Кара-Мурза в работе "Глобализация – угроза культуре" презентовал следующую метафору: "Глобализация – это мировая контркультурная революция. Это реванш Тьмы". А.Кобяков акцентирует внимание на формате "революции": "Еще одной стороной гипертрофированного развития финансовой сферы стало всеобщее помешательство на биржевой игре, на валютных спекуляциях, на крайне рискованных и сомнительных денежных операциях в надежде на обогащение, которое никак не связано с собственными созидательными усилиями. Более того, в основном это игра с "нулевой суммой", когда выигрыш одних – это просто проигрыш других. Иначе говоря, в самой этой системе вообще никто ничего не созидает. Это "экономика глобального казино". Она сама по себе безнравственна, поскольку никак не отражает справедливого распределения доходов "по труду", по полезным результатам, по вкладу во всеобщее благосостояние, а напротив, прямо этому принципу противоречит". Кобяков подчеркнул: "Влезая по уши в схемы по "управлению капиталом", в якобы "инвестиционные" и спекулятивные операции, человечество оказывается все больше во власти "слепого случая", "фатума", "игры судьбы", отказываясь от разумной организации жизни в согласии с собственными же, веками подтвердившими свою истинность высокими принципами Правды, Долга, Чести и Справедливости. Не утруждая себя необходимой рефлексией и поступая таким образом, человечество вполне закономерно толкает себя к катастрофам, к глобальным финансовым потрясениям, ибо дьявол – "обезьяна Бога", он не способен к созиданию, а последовательно ведет только к разрушению, манит к обрыву и смерти".

С.Батчиков выделил следующее: "Глобализация не "выросла" из индустриального капитализма, на арену вырвались его парии – авантюрный спекулятивный капитал. Мы видим не просто страсть к наживе, а и страсть социального реванша со стороны предельно асоциальных групп-изгоев, которые целую историческую эпоху ощущали себя униженными и маргинальными. Мы втягиваемся в мировую революцию отщепенцев. Ставшая возможной благодаря важным прорывам в технологии, эта революция регрессивна, это революция гуннов". В.Самохвалова предположила: "Главная идея информационной войны за глобализацию — создать субъективное ощущение свободы при объективной несвободе". К.Черемных подчеркнул: "Предупреждения о том, что на смену финансовой глобализации придет принцип прямого мирового неэкономического принуждения, уже звучали – но не были приняты всерьез".

А.Панарин акцентировал внимание на том, что "в лице современного глобализма мы имеем дело с новейшей формой нигилизма, ищущего себе алиби в так называемых объективных тенденциях".

Глобализаторы и глобализируемые или глобализация как война

А.Зиновьев отметил в начале ХХI века: "Слово "глобализация" изобретено как идеологическая маскировка войны, которую западный мир во главе с США ведет за господство над всем человечеством. Одним из важнейших компонентов этой войны является идеологическое оболванивание человечества в том духе, какой желателен для глобализаторов, т.е. идеологическая глобализация". В.Самохвалова: "Объективность второго порядка заключается в том, что главный субъект глобализации, а именно ставшие фактически единственной сверхдержавой США, являются и единственным реальным центром силы в современном мировом обществе; превратив все остальные государства из субъектов глобализации в объект своей направляющей воли к ней, они таким образом сами стали для них объективно действующим фактором". Это позволяет широкому кругу экспертов поделить мир на глобализаторов и глобализируемых.

С.Батчиков считает, что "глобализация - это мощная программа мироустройства, в которую вовлечены колоссальные финансовые и интеллектуальные ресурсы и уклониться от которой Россия не может. Более того, Россия — ставка в этой большой игре... Глобализация – новый тип войны, причем участь потерпевших поражение в этой войне будет ужасной. Это, как минимум, демонтаж всех самобытных цивилизационных структур, что означает заведомую утрату суверенитета, а для многонациональной России и заведомое расчленение". В.Винников убежден: "Необходимым и достаточным условием для выживания русского народа является уничтожение Российской Федерации как действующей системы государственной власти, например, путем трансформации ее конституционного устройства… единственный шанс русского народа на выживание заключается в уничтожении нынешнего мироустройства, именуемого "глобализмом".

В.Винников считает, что необходимо "отталкиваться от того, какое будущее готовят миру так называемые "глобалисты". Это уже не тайна за семью печатями. Это мир античеловеческий, в котором скрытая "суперэлита" управляет миром  лишенных реальной свободы воли, свободы передвижения…"

Распад СССР, Горбачев и глобализация

В России слово глобализация тесно связано с последним генсеком СССР М.Горбачевым. Ф.Лукьянов напомнил следующее: "Седьмого декабря 1988 года Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций приветствовала бурными и продолжительными овациями выступление Генерального секретаря ЦК КПСС Михаила Горбачева. Советские руководители никогда не произносили ничего подобного. "Дальнейший мировой прогресс, — говорил Горбачев, — возможен теперь лишь через поиск общечеловеческого консенсуса в движении к новому мировому порядку… Речь идет о сотрудничестве, которое было бы точнее назвать “сотворчеством” и “соразвитием”… Само решение глобальных проблем требует нового “объема” и “качества” взаимодействия государств и общественно-политических течений, независимо от идеологических и прочих различий… Стоит договориться и об основных, действительно универсальных, предпосылках и принципах такой деятельности".

Лукьянов акцентирует внимание на том, что "газета The New York Times писала на следующий день в редакционном комментарии: "Пожалуй, с тех пор, как Вудро Вильсон изложил в 1918 году свои Четырнадцать пунктов или Франклин Рузвельт и Уинстон Черчилль объявили об Атлантической хартии в 1941-м, ни один из мировых лидеров не демонстрировал столь глубокого подхода к проблемам будущего, какой мы услышали во вчерашней речи Михаила Горбачева в ООН". А "сенатор Даниэл Патрик Мойнихан сразу назвал речь Горбачева в ООН "самым поразительным объявлением о капитуляции в истории идеологического противостояния".

Л.Сараскина отметила, что "новое политическое мышление, глобальное по своей природе, имеющее планетарный размах, - это отстаивание общечеловеческих духовных ценностей и защита нравственных принципов, которые веками вырабатывало человеческое сознание. Это надежда на то, что духовный багаж человечества - единственная реальная сила, которая может удержать всех вместе на орбите живой жизни. Это вера в состоятельность человеческого разума, который не даст погибнуть цивилизации. Главный принцип нового мышления - приоритет общечеловеческих ценностей над классовыми, национальными, групповыми, клановыми, политическими. За каждым человеком должны быть признаны неотчуждаемые права, обозначенные во "Всеобщей декларации прав человека". Она как раз исходит из представления о единой человеческой семье, в которой нации и государства всего лишь преходящие исторические формы". Л.Сараскина подчеркнула: "Фактически новое мышление, провозглашенное Горбачевым, пыталось применить в полном объеме "Декларацию прав" и внутри страны, и во внешней политике. Это была попытка революции в сфере гуманизма, первая ненасильственная революция - начинание беспрецедентное в нашей истории. Сталинский социализм декларировал право пролетариата на революционное насилие, горбачевский социализм с человеческим лицом этот тезис отвергал, как отвергал он и ленинский тезис: нравственно то, что полезно делу мировой революции".

Л.Шевцова презентовала собственное видение исторической миссии М.Горбачева: "Прорыв Горбачева по сути является выходом за пределы русско-советской парадигмы цивилизации, которая всегда основывалась на территориальной экспансии, мессианизме, а когда нельзя было расширяться территориально, то на самоизоляции. Это была цивилизация, которая консолидировалась за счет постоянного поиска внешнего и внутреннего врага, за счет военного патриотизма. Как Горбачев совершил этот прорыв? Завершив "холодную войну", начав диалог с США, предоставив свободу Восточной и Центральной Европе, дав карт-бланш объединению Германии, он фактически ликвидировал возможность для существования русской цивилизационной модели как альтернативы либеральной демократии. Он осуществил то, что американский философ Френсис Фукуяма назвал "концом истории", имея в виду крах всех других цивилизационных сценариев и победу одного - либерализма. Именно Горбачев является отцом конца истории и разрушителем многовековой цивилизации, которая так долго пыталась бросить вызов Европе. Одновременно он является и отцом глобализации, при которой девальвируются такие понятия, как суверенитет, территориальная целостность, военная сила. Это неизбежно будет конец России как мировой державы в классическом смысле, как военизированного сверхгосударства, произвольно устанавливающего свои правила для остальных мировых игроков".

Ф.Лукьянов отметил, что "новое мышление" было последней из предпринятых в нашей стране попыток выработать собственный целостный взгляд на проблемы мироустройства. С тех пор ничего подобного не происходило". С данной позицией необходимо согласиться.

Глобализация - вызов России

Академик С.Глазьев отметил: "Полтора десятилетия человечество развивается в условиях глобализации, растворяющей национальные границы и подрывающей сложившиеся механизмы государственного регулирования экономики и социальной среды". В рамках данного процесса Россия не была исключением. В.Кожинов отметил в начале ХХI века: "В силу геополитического и географического положения России мы не имеем оснований ожидать позитивных последствии глобализации для нашей экономики". А.Игнатов предположил: "Если Россия будет просто следовать глобализационным процессам, то существует высокий риск оказаться в качестве сырьевого элемента "Нового мирового порядка". Ю.Крупнов убежден: "В мире глобальных наднациональных государств Российская Федерация как национальное государство не имеет никакой исторической перспективы. Окружённая ожерельем несамостоятельных государств, зависимых от других геополитических субъектов, таких как США, ЕС, Турция, Китай, — Россия с необходимостью является объектом дальнейшей экспансии глобальных государств". Д.Голубовский отметил: "пока что в российском Минфине не созрело главное: не созрело понимание того урока, который сегодня нам всем преподает глобальный кризис". С данным выводом необходимо согласиться.

С.Батчиков подчеркнул: "Глобализация - это мощная программа мироустройства, в которую вовлечены колоссальные финансовые и интеллектуальные ресурсы и уклониться от которой Россия не может. Мир столкнулся с программой абсолютно безжалостной. Один из идеологов глобализации, президент Европейского банка реконструкции и развития Жак Аттали, написал в 1990 г. книгу “Тысячелетие. Победители и побежденные в грядущем мировом порядке”. Он изъясняется весьма откровенно: “В грядущем новом мировом порядке будут побежденные и победители. Число побежденных, конечно, превысит число победителей. Они будут стремиться получить шанс на достойную жизнь, но им, скорее всего, такого шанса не предоставят. Они окажутся в загоне, будут задыхаться от отравленной атмосферы, а на них никто не станет обращать внимания из-за простого безразличия. Все ужасы XX столетия поблекнут по сравнению с такой картиной".

А.Подберезкин акцентировал внимание на следующем: "Там, где глобализация захватывает гуманитарные области, подчиняя и навязывая свои ценности и приоритеты, неизбежно наступает иностранный капитал, утеря контроля, а, в конечном счете, и национального суверенитета.  Понятно, что этот общий вывод применим и к России".  С.Батчиков подчеркнул: "В Российской Федерации, доктрина неолиберализма и глобализации проявляется наиболее откровенно - Россия обладает большими природными богатствами, но слишком велика, чтобы ее можно было интегрировать в периферию Запада. Поэтому для ее разрушения и превращения в бесструктурную зону глобального "пространства" прилагаются особенно жесткие политические и культурные технологии. Россия – полигон, здесь и надо изучать".

Признаем, что многое достойно всестороннего изучения. Недавняя отповедь вице-президента США Д.Байдена, объяснившего лидерам России, по словам одного Web Doe, что "перезагрузка – это ваше место у параши" или, если следовать законами политкорректности, подчеркнувшего, что у России нет своих сфер влияния на постсоветском пространстве, является наглядным тому подтверждением.

Государство и ТНК

Академик С.Глазьев выделил следующее: "Раньше были сказки про швейцарских гномов, которые где-то в недрах швейцарских банков ворочают миллиардами и определяют судьбы мира. Вот эти гномы сегодня вылезли на улице Уолл-Стрит в Нью-Йорке, где находятся штаб-квартиры крупнейших международных банков. Именно они являются главными двигателями глобализации, именно в их интересах сегодня снимаются государственные барьеры не только на пути движения капитала и товаров, но и резко сужается участие государства в обеспечении социальных гарантий. То есть вообще государство в рамках этой доктрины глобализации". Это позволяет осмыслить концептуальный формат "государства – транснациональные корпорации".

С.Батчиков видит процесс глобализации "в превращении "постсоветского пространства" в чистую площадку для деятельности "глобальных экономических операторов". С.Кордонский считает, что "в отношениях с транснациональными корпорациями многие государства уже не существуют. И некоторые государства, недавно присоединившиеся к блоку НАТО, тоже в некоторых отношениях перестали существовать". А.Неклесса отметил: "Корпорации - в особенности  транснациональные, мультикультурные, глобальные, - ощутив в ряде ареалов девальвацию национальной государственности и осознав горизонты рекомпозиции социокосмоса, устремились в образовавшиеся проемы к иной просторности мира, преодолевая ограничения прежних регламентов и компетенций, взламывая устаревающие на глазах правила игры и протоколы".

Г.Вельяминов подчеркнул: "Транснациональные корпорации (ТНК) оказывают двоякое экономическое, политическое и социальное воздействие. С одной стороны, их инвестиционная и торговая деятельность стимулирует и ускоряет развитие экономики принимающих стран. С другой – они используют свою мощь для давления на политику стран – импортеров капитала, часто нанося ущерб национальным интересам последних, допускают налоговые и коррупционные злоупотребления, отказываются принимать местную юрисдикцию, требуя особых льгот и привилегий, предпринимают попытки получить иммунный статус субъекта международного публичного права и т.п".

А.Столяров презентует следующее: "В ХХ веке образовались новые субъекты истории: громадные транснациональные корпорации (ТНК), в значительной мере освободившиеся от контроля конкретного государства. Она сами начали представлять собой государства – только государства не "географические", а "экономические", базирующиеся не столько на территории, национальности и культуре, сколько на определенных секторах мировой экономики. Одновременно возникли такие же внегосударственные источники финансирования: Международный валютный фонд, Международный банк реконструкции и развития и другие, то есть уже чисто «финансовые государства», ориентированные не на производство, а исключительно на денежные потоки. Влияние этих внегосударственных социумов огромно. Бюджеты их зачастую во много раз превосходят бюджеты малых и средних стран. Вот эти "новые государства", эти "империи третьего тысячелетия" и являются ныне основной унифицирующей силой реальности: любая страна, стремящаяся быть включенной в мировые экономические процессы (а без такого включения выжить сейчас практически невозможно), вынуждена принимать те принципы, которые они устанавливают – перелицовывать местную экономику, что влечет за собой, как правило, и социальное переустройство, открывать экономические границы, согласовывать тарифы и цены с установившимися на глобальном рынке, проводить вполне определенную налоговую политику – и так далее, и тому подобное. В результате классическое национальное государство утрачивает значительную часть суверенитета. Оно уже не в состоянии удержать в пределах своей территории ни капиталы, ни технологии, ни людей. Независимым оно остается только формально, а фактически плывет в русле геополитики "новых империй".

Б.Ключников выделил следующее: "Государство — это прежде всего территория, границы, язык, культура. Глобализация все это опрокидывает и создает наднациональное всемирное общество, где действует железный закон прибыли… Мир ТНК бросает России вызов: она должна дать ответ. В этом вызове импульс развития. История свидетельствует: те цивилизации, которые уклонялись от вызова, поплатились вымиранием". С.Валянский иронично отметил: "С конца XX века государства действуют так, будто они отделы соцобеспечения или, скажем, профсоюзы при ТНК. Отныне национальное законодательство большинства стран диктуется транснациональными корпорациями".

Историк А.Фурсов считает: "Триумф глобализации, первой жертвой которой стали системный антикапитализм и СССР — это триумф корпоратократии". А.Дугин напомнил: "Я беседовал с Ходорковским перед его посадкой. Он говорил мне, что с государством все закончено, с национальными структурами - тоже. По его словам, в наше время национальное государство - это бесконечно малый экономически элемент, лишь нелепая преграда для глобальных транснациональных сетей". Представляется, что в России на сегодняшний день есть ряд ярких представителей корпоратократии.

Глобализация и хаос

А Неклесса отметил, что "реформация статуса человечества как системы связана не только с процессами глобализации". Признаем, что принижать влияние процесса глобализации нет особого смысла. С.Батчиков, анализируя тексты Ж.Аттали, выделил следующее: "Приспособиться к хаосу свободы — вот императив нашего времени — по Аттали. Те миллиарды людей, которые не смогут приспособиться к хаосу свободы, станут жертвами этой доктрины, — глобализация изымет у них жизненные ресурсы. Рухнут все структуры жизнеустройства, на которые опирается жизнь народов. Глобализация — это перемещение большинства человечества в "цивилизацию трущоб", где люди очень быстро вымирают. На этом пути логика борьбы заставила Запад докатиться в мировоззрении и в практике до неоязычества, до полного отказа от гуманистических идеалов. Глобализация — это кардинальная перестройка мировой экономической системы, международного права, культуры и статуса наций и народов. Это опустошение, чистка от людей целых стран и континентов".

 Батчиков акцентирует внимание на том, что "глобализация под эгидой Запада генерирует хаос, но не может создать аттракторы, которые втягивали бы этот хаос в структуры желаемого порядка. Глобализованный мир столкнулся с выделяемыми им же "антителами". Террористический ответ на террор Нового мирового порядка питается ненавистью всего многообразия социальных и культурных идентичностей, которые репрессированы и унижены нынешней глобализацией". Философ В.Аверьянов считает: "Тайна глобализирующего мирового центра в том, что он мертв. Смерть уже проникла в сердцевину социальной иерархии. Малые хаосы призваны атомизировать, расчеловечить и демифологизировать живые цивилизационные миры, разложить остатки традиционных укладов с их государственными институтами. Для начала достаточно заставить элиты сменить суверенитет…" В.Аверьянов предположил: "Новую систему управления хаосом я бы предложил назвать - "террор-глобализмом". Это единый комплекс различных технологий глобализации, который стал инструментарием в руках западной элиты, не способной к действительно масштабной имперской политике в ее классическом понимании и вынужденной прибегать к косвенным методам давления и устрашения. В моем предложении — объединить эти разнообразные технологии в рамках одного термина — нет …стремления свести суть дела к "теории заговора". Дело не в заговоре, а в системе двойных стандартов, при которой одна сторона политики (риторическая) афишируется, тогда как вторая сторона (реальная мотивация) редко придается огласке и, соответственно, достраивается конспирологами и аналитиками". Данное видение, безусловно, требует глубокого осмысления. 

Глобализация и социализм

Историк А.Шубин предположил: "Пока глобальная капиталистическая система устойчива, социалистический проект кажется ненужным отклонением от исторической магистрали. Но как только наступит новая "Великая депрессия", он снова станет актуальным". Полностью социализм не отрицает и Ж.Аттали: "Наше восприятие социализма исходит из идеи, что воздействие рынка должно быть уравновешено социальной защитой трудящихся и самых незащищенных членов общества. Сегодня почти повсеместно признано: опираясь только на рыночные отношения, невозможно построить сбалансированное общество, поскольку рынок производит материальные блага, но не способен уменьшить неравенство или обеспечить защиту наиболее слабых. Собственно, роль демократии вообще и социал-демократии в частности состоит как раз в том, чтобы дополнить рынок".

Признаем, что процессы протекающие в Латинской Америке, можно, безусловно, позиционировать как проявление "мягкого социализма". Но станет ли этот процесс глобальным?

Глобализация и автаркия

Философ В.Аверьянов считает: "Идея автаркии не является какой-то ересью и отсталостью по сравнению с идеей глобализации – две эти идеи суть инструменты в умелых руках, не более чем инструменты. Но если кто-то (как наши нынешние глобализаторы или, с другой стороны, сторонники узконационалистической линии) превращает эти инструменты в идолов, на которые молится и которым вынуждает приносить человеческие жертвы, то подобных идолопоклонников следует гнать в шею из политической и культурной элиты. Наши доморощенные евроатлантисты и наши националистические изоляционисты, проповедующие новую "Московскую Русь" в пределах государства Ивана Грозного до взятия Казани – это две головы одного и того же змея, цель которого – заглушить ростки реставрации державы".

 В.Карпец убежден: "Глобализм не предопределен. Он является таким же экзистенциальным выбором, как и автаркия". Более того, Карпец считает: "Ни либерализма, ни демократии просто нет. В политике существует только самодержавие. И всякое мышление о политике всегда есть только мышление о самодержавии. Или о капитуляции, каковая есть капитуляция во времени и перед временем. Когда мы говорим, что глобальная власть есть власть князя века сего, мы говорим абсолютно точно. Главная загадка глобализма в том, что его не существует. Главная загадка автаркии в том, что она есть".

Р.Хестанов напомнил о следующем: "В период между двумя мировыми войнами в кругах ученых и политиков обсуждался интеграционный проект, который мог бы охватить несколько европейских стран. Впрочем, многим он казался несбыточным. В 1934 г. один французский научный журнал писал: "Наиболее туманная идея современности – это идея таможенного или экономического союза, большого экономического пространства, которое придет на смену автаркиям и национальным государствам". В этот кризисный для Европы период более популярными оказались идеи экономической автаркии и национальной изоляции и протекционизма. В 1928 г. на научном конгрессе по социальной политике известный немецкий экономист Вернер Зомбарт объявил чуть ли не об апокалипсисе – скором конце капитализма, который грядет ввиду неограниченного роста индустриального производства и вытекающего из него дисбаланса цен между промышленными и сырьевыми товарами (к ним тогда относили в основном продукты сельского хозяйства). Рецепт Зомбарта сводился к усилению автаркии и возврату к аграрным способам хозяйствования".

Но есть и иная позиция. А Панарин утверждал, что "нельзя отрицать глобализацию с позиций национализма, изоляционизма".

Глобализация и христианство

Глобализация – это вызов для христианства. К.Фролов отметил существенное: "В международной политике только Церковь может дать верный ориентир. Россию разрывают любители присоединить ее к кому-либо. Между тем, в крупнейших цивилизационно-культурных системах — протестантской, секулярно-глобалистской, исламской — Россия не более чем провинция. И только в системе координат восточно-христианской цивилизации Россия способна стать субъектом, а не объектом мировой политики, ибо без сильной России, страны православной традиции останутся маргиналами в современном мире, а Православие будет отброшено на обочину борьбы идей и смыслов". Р.Вахитов акцентирует внимание на следующем: "Марксисты-западники начала ХХ века не пытались свести воедино глобализм и христианство. Они были убежденными, воинствующими атеистами и мыслили себе "светлое будущее" глобального человечества без такого "отсталого" компонента как церковь Христова. Нынешние же либералы-западники любят спрягать общечеловеческие ценности с христианским гуманизмом, разумеется, понятым через розовую призму неопротестантских ересей. Послушать их, так стирание различий между нациями и смешение народов есть реализация евангельской проповеди миролюбия. В этой ситуации традиционным православным патриотам России следовало бы напомнить им, что в русской социально-философской традиции имеется замечательное доказательство того, что  глобализм и христианство совершенно несовместимы. Оно принадлежит князю Николаю Сергеевичу Трубецкому,  крупнейшему русскому лингвисту, философу культуры, теоретику классического русского евразийства".

Ю.Царик акцентировал внимание на том, что "православные, а также некоторые скептики от левых патриотов и антиглобалистов говорят (надо сказать, небезосновательно) о "последних временах" (каждый в своем смысле) и ставят на повестку дня проблему построения сетевых организаций без расчета на захват политической власти в стране".

Суверенная демократия как иллюзия защиты от глобализации

А.Панарин предположил, что "в процессе глобализации не должны быть утеряны достижения “демократического модерна”, в частности, такое понятие, как национальный суверенитет. То есть урезонивать держателя однополярного мира можно не только методами альтернативного глобализма или методами различных геополитических альтернативных группировок — его можно урезонивать и понятием национального суверенитета. Это понятие отнюдь не устарело, потенциал его еще огромен. Необходимо сохранить понятие демократического суверенитета народа". Теоретический посыл верен, но в реальности мы наблюдаем иное. С.Батчиков отметил: "Политический порядок в стране есть "суверенная демократия". Эта комбинация слов имеет двойной смысл: демократия – знак отказа от конфронтации с новым мировым порядком, установка на поиск компромисса (мол, "мы – не империя, бросающая вызов глобализации"); суверенная – знак отказа предоставить национальные ресурсы в полное распоряжение новых "хозяев мира". Но является ли суверенная демократия формой защиты от негативных последствий процесса глобализации?

И.Лебедев считает, что "глобализация в принципе перечёркивает демократию, отбрасывая её центральное понятие – волеизъявление национального большинства". М.Хазин категоричен: "Демократия" — система государственного устройства, которая обеспечивает элите "западного" глобального проекта свободный доступ к манипулированию элитами конкретной страны". Конспирологи постоянно подчеркивают, что в Конституции РФ есть "две каверны, через которые глобализаторы влияют на нашу страну – независимый центробанк и главенство международных законов над российскими". Можно вспомнить, что в рамках "дела о полонии" официальный представитель британской прокуратуры напомнил российским властям о приоритете международного права над национальным и сообщил, что и Россия, и Великобритания являются участниками Европейской конвенции об экстрадиции 1957 года, на основании которой и направлен запрос.

 "Старого суверенитета, которым грезят изоляционисты и консерваторы, больше нет и не будет, — говорят просвещенные авторы. — Само это понятие стало архаичным в современном мире. Делать ставку на укрепление суверенитета государства в эпоху глобальных взаимозависимостей просто нелепо", - считает А.Филиппов. И с данной позицией можно согласиться.

Представляется, что суверенная демократия – это иллюзия защиты нашей страны от процесса глобализации. Не исключено, что именно этим можно объяснить то, что словосочетание "суверенное демократия" практически исчезло из лексикона знаковых представителей российских властей. 

"Страусиная" позиция обитателей "островка стабильности" 

А.Неклесса отметил: "Человек-суверен, расстающийся с психологией "подданного" и "гражданина", действующий как транснациональное, автономное существо, а в пределе и суверенное по отношению к сложившимся структурам земной власти, - умножающийся и одновременно уникальный результат новейшей истории…Однако даже первые картинки пришедшего в движение на переломе тысячелетий калейдоскопа — распад СССР и перманентный иракский кризис, экзотичные сетевые организации и системный терроризм, новая экономика и виртуальная реальность, гиньоль на тему "золотого миллиарда" и карнавал антиглобализма — существенно повлияли на представления о мире, обществе, человеке". В России многие продолжают мыслить так, как будто мир статичен.

В.Федотова выделила следующее: "В России можно часто слышать: "А я не приемлю глобализацию". "Не могу признать глобализацию в этом виде". "Надо сначала изменить направление глобализации". "Надо занять моральные позиции. Это значит - против глобализации". "Незачем России участвовать в этом глобальном соревновании, в несправедливой глобализации". Данная позиция – это, безусловно, "страусиная" позиция. В рамках это позиции можно не замечать и смену времен года.

Можно напомнить, что говорилось в России перед началом активной фазы кризиса. В январе 2008 года помощник президента РФ А.Дворкович отрицал даже саму возможность кризиса: "У нас достаточно умеренная инфляция, у нас стабильная экономическая ситуация, у нас такие резервы в стране, валютные, прежде всего, что оснований для кризиса вообще никаких нет. И Центральный банк совместно с правительством уверенно поддерживают стабильную ситуацию" (21.01.2008). А после сентября 2008 года российская власть пришла к выводу, что лгать – это ее святая обязанность. Но, блуждая во лжи, не найти выхода из кризиса. Причем, это относится не только к российским властям.

Д.Орешкин отметил существенное: "Россия стала другой. А центростремительные идеологи живут еще в той, моноцентричной России. Перебирают варианты, тужатся, рожают национальную идею. Реальности, конечно, в упор не видят. Более того, очень раздражаются, когда им на нее указывают. С их теоретической точки зрения, ее не должно быть. И, следовательно, как бы и нет. Как нет глобализации, урбанистического перехода, демографического перехода, перехода от индустриального к постиндустриальному обществу, к информационному и т.д. Это все придумал Черчилль в восемнадцатом году. Исключительно, чтобы нам нагадить". Но до начала осмысления особенностей влияния процесса глобализации на нашу страну, как и до осмысления собственного глобального проекта,  дело в России еще так и не дошло.

Стратегия "глобализационного лидерства" для России или что делать?

Попытки найти адекватный ответ на вызовы глобализации зафиксированы в истории интеллектуальной мысли России. А.Игнатов, генеральный директор информационного аналитического агентства при Управлении делами президента РФ, презентовал в 2000 году концептуальную работу "Стратегия "глобализационного лидерства" для России". Выделим в ней следующее: "Когда говорилось о необходимости исправления ситуации вокруг позиции Мирового правительства, имелось в виду следующее: Российская элита должна войти в Мировое правительство и его структуры в целях существенной корректировки целей и способов глобализации. Для реализации указанной задачи все средства хороши:
а) необходимо заполнять российскими кадрами как можно больше международных организаций на уровне исполнительных органов (аппаратов), а не только представительных структур;
б) российская бизнес-элита должна поставить вопрос о необходимости создания аналога ООН в сфере сверхкорпоративных отношений, где россияне должны играть активную роль.
Важной и деликатной является задача внедрения российских представителей в многочисленные тайные организации, составляющие невидимую основу власти Мирового правительства, - масонские и парамасонские ложи, "тайные" ордена и другие подобные образования. Россия должна иметь возможность влиять на решения, принимаемые тайными международными структурами власти".

Игнатов предположил, что "возможность заключается в том, чтобы Россия стала одним из лидеров "Нового мирового порядка", обеспечив своему народу и своей элите достойное место в дальнейшей истории человечества. Как говорится, если нельзя бороться с движением, следует его возглавить".

Сегодня сложно судить о том, насколько реализована данная стратегия. В Бильдербергском клубе были замечены лишь А.Чубайс (1998) и глава московского Карнеги Центра М.Тренин (2008). А.Чубайс стал в 2008 году советником одного из крупнейших американских банков JPMorganChoobase. Главный российский масон А.Богданов был допущен на президентские выборы 2008 года в качестве кандидата, что, скорее всего, повысило его статус в глазах масонов всего мира. На этом успехи России в аспекте "внедрения российских представителей в многочисленные тайные организации" и исчерпывается.

Сегодня ответы на вопрос "что делать?" пытаются найти многие российские аналитики и интеллектуалы. Б.Межуев отметил: "Если оставить за скобками хитроумную теорию "перманентной революции", то следует признать, что вера в "мировую революцию" была давнишней верой русской интеллигенции. А представление о том, что судьба России неразрывно связана с надеждой на "всеобщее освобождение народов", то есть на протест против глобальной гегемонии Запада, восходило еще к 1840-м годам, ко времени, когда русское общество осознало свою неразрывную связь с судьбой западного славянства". В.Цымбурский предположил: "Как ни хрупка конструкция нынешнего международного порядка, стремиться надо к тому, чтобы укрепление России — духовное, хозяйственное, военное — существенно опережало его эрозию. Этот порядок, как ни парадоксально, оберегает Россию. Но он не будет оберегать ее вечно — ни даже слишком долго". Г.Вельяминов акцентирует внимание на правовом поле: "Всякие эвентуальные посягательства на российское юрисдикционное поле со стороны любого иностранного экстерриториального законодательства крайне опасны и недопустимы. В условиях, когда правовое регулирование в международных организациях и в двусторонних отношениях зависит от воли Вашингтона и поддерживающих его стран, твердые правовые основы международных отношений для России исключительно важны". Так, что делать России в условиях реального вызова?

С.Батчиков считает, что "сегодня Россия должна была бы внедрить в неолиберальную глобальную элиту легион своих молодых миллионеров, говорящих на языке неолиберализма и людоедских ценностей. Но что мы видим? Людоедские ценности налицо – но как поставить этот легион на службу России? Вот – задача для государства". А.Дугин видит выход в "национализме любви": "Принцип "общего врага" в лице вызова глобализации заставляет представителей просто "национализма" выбрать именно "национализм любви" - любви, в первую очередь к себе, но и к окружающим народам – перед угрозой полной утраты своей самобытности в глобальном "мировом смешении"... Одержать победу над болезненным, разрушительным и провокационным национализмом может только национализм здоровый, созидательный и жизнеутверждающий". В.Голышев видит перспективу в сетевой самоорганизации: "Миром последние десятилетия правил проект глобализации. И начавшийся кризис означает его оглушительный провал. Вместо "вертикали" (или любезного сердцу россиян пучка "вертикалей") будет сеть. Все вопросы будут решаться на местах. На местах мы будем выживать. Сначала поодиночке. Потом научимся кооперироваться. На местах возникнут новый тип экономических отношений, а впоследствии и новое политическое устройство, соответствующее реальным интересам закаленных кризисом людей".

Д.Голубовский убежден: "Если мы все хотим, что бы у нас и нашей страны было будущее, надо инвестировать в Россию, в реальный сектор российской экономики, в науку, образование, промышленность, сельское хозяйство. Если мы хотим, чтобы у нас было будущее, надо перестать мыслить чужими мозгами, а тем более – гарвардскими. Сегодня для всех, по-моему, стало очевидным, чего эти мозги реально стоили. И единственное, чего я сегодня всерьез опасаюсь, так это того, что для российского Минфина то, что очевидно для всех, до сих пор еще на стало реальностью. Будем, однако, наедятся на то, что разум все-таки возобладает над слепыми догмами, и мы в ближайшем будущем увидим подлинно национальную российскую финансовую политику". В.Аверьянов считает, что "в ответ на двойные стандарты Запада Восток" должен выстраивать "нечто вроде своего второго стандарта. Частями такой политики стали бы управление антиглобализмом, управление терроризмом и контртерроризмом, игра на противоречиях между западными странами, раскол и смута на головы наших цивилизационных конкурентов. И это необходимо не потому, что мы испытываем какое-то чувство мести по отношению к цивилизации, способствовавшей краху СССР — это необходимо потому, что они не остановятся".

Россия и глобальный Проект

С.Кургинян выделил существенное: "Россия никогда в жизни не жила без проекта, более того, без проекта глобального. У нее нет опыта такой жизни. У мира нет опыта восприятия России вне этого проектного модуса. Мир не понимает, как с этим себя вести, он не понимает, что это такое". Х.Селдон также считает, что "субъектом, выстраивающим современный геопланетарный баланс, является Глобальный проект. Такой проект, в отличие от национального культурного, должен иметь три составляющих: геополитическую (что подразумевает его соотнесение с субъектами геополитики, которыми остаются государства), геоэкономическую (что означает наличие у проекта места в системе мирового разделения труда и доли в мировой ренте) и геокультурную (последнее на практике следует понимать, как наличие у проекта уникальной составляющей и его связь с локальным национальным культурным проектом или некоторой их совокупностью). Глобальные проекты конкурируют в мировом физическом, экономическом, правовом, информационном пространствах, причем формой конкуренции является, как правило, встраивание чужого проекта в свой собственный". Х.Селдон подчеркивает, что "глобальные мировые проекты следует рассматривать в качестве современных субъектов действия".

Ю.Яковец презентовал оптимистичный взгляд в будущее: "Мы считаем, что общество, которое должно возникнуть где-то со второй четверти ХХI века, должно быть коммунистически-ноосферное". С.Кургинян считает, что "русских надо вооружать новым глобальным проектом. Я только знаю, что пока не запахнет глобальным проектом, не русские будут кого-то зачищать, а русских будут зачищать всюду". Вад.Малкин выделяет ключевой фактор: "Россия веками претендовала на роль Третьего Рима, что само по себе есть заявка не на империю, а гораздо значимее - на альтернативный глобалистский проект, которым она многократно становилась".

Признаем, что главная проблема заключается не в вооружении русских глобальных проектом, а в том, что Россия должна стать Глобальным Проектом. А Глобальный Проект не может родиться из умозрительных "проектов" в мутных потоках антикризисного пиара. 

Олег Маслов, Polit.nnov.ru