С советских времен мы привыкли считать капитализм одинаковым, где бы он ни был. В нем производят и продают, покупают, рекламируют и конкурируют в производстве и потреблении. И эксплуатируют. Весь он - погоня за капиталом, за деньгами. Да, сегодня он таков. Мы это видим и чувствуем. А приверженцы мировоззрения Русской идеи противопоставляют ему общество русского коммунизма. Но капитализм не всегда был такой, в прошлой России он был иным, более русским, что ли. У него были даже заслуги перед революционным движением таких промышленно-купеческих фамилий, как Третьяковы, Алексеевы, старообрядцы Рябушинские, Морозов, Прохоров, Путилов и другие.

Нынешние демократы даже предлагают немного подождать, и тогда дерипаски-абрамовичи окажут себя так же. Щас! До конца тридцатых годов из-за троцкистского засилья в руководстве ВКП(б) эти фамилии упоминать было не модно, возможно, потому что троцкизму идеологически были ближе банковские структуры с иудаистской «этикой».

Да, в православной России и христианской Европе было время, что капитализм в них был иной. В газете «К барьеру!» № 13 за 2010 год есть статья Исраэля Шамира «Как спасти мир. Шаг первый» об исследованиях немецкого марксиста Вернера Зомбарта (1863-1941), которого Энгельс называл «единственным немецким профессором, который понимал «Капитал» Маркса», и его предшественника Макса Вебера (1864-1920) религиозно-этических корней капитализма. По Зомбарту, современный капитализм сформирован «борьбой между двумя противоположными - еврейским и христианским - взглядами на хозяйственную жизнь и экономику». Ранний капитализм в Европе и России, до того, как его захватили евреи, отвечал христианской этике, основанной на честности, хотя и внутрисословной - у купцов и промышленников были свои порядок и честность, у аристократии и крестьян - свои. Но честность была делом чести. В России устный договор между купцами был тверже письменного. Нарушитель терял всякую возможность заниматься деловой жизнью и разорялся. «Товары производились, продавались и покупались таким образом, чтобы, с одной стороны, удовлетворялись запросы потребителей, а с другой стороны, производители и торговцы имели право на честную плату за труд и честную прибыль, чтобы они могли жить достойно. Традиция и обычай определяли, что такое «честная плата» и что такое «жить достойно». Производитель и торговец должны были зарабатывать столько, чтобы могли поддерживать принятый в их сословии уровень жизни», - цитирует Шамир Зомбарта. И далее: «Конкуренция между торговцами считалась делом нехристианским и аморальным. Нехорошо отбивать клиента у другого торговца ни понижением цен, ни восхвалением своего товара, ни чернением чужого - ведь и другому торговцу тоже нужно жить. Даже в XVIII веке, в Англии Дефо и в Германии Гете торговцы сидели спокойно по своим лавкам и отпускали товар пришедшим покупателям. Заманивать покупателя считалось зазорно. Хвалить свой товар или, не дай Бог, хулить чужие товары, зазывать в лавку, рекламировать могли только нечестивые. А самым позорным делом была ценовая конкуренция. Если купец говорил, что у него товар дешевле, чем у соседа, он мог быть исключен из гильдии».

Еще более презренным в Европе и России было ростовщичество. Зомбарт заключает: «Большинство людей того времени считали наживу (в отличие от заработка) делом неэтическим и нехристианским. Евреи не разделяли этого мнения. В их глазах нажива оправдывала все». То есть евреев это не касалось, в еврейском ростовщичестве чистоплюи неевреи даже видели пользу: «Вам нужны деньги, сходите к жиду!» Так ростовщичество стало национальным промыслом евреев, а щепетильные европейцы христиане остались в дураках. Для еврея главное - прибыль, мораль, особенно по отношению к гоям, - ничто, и они оказались лучшими дельцами, чем христиане, а потом этот еврейский стиль навязали всем.

Дихотомия капитализма – это мировоззренческий конфликт иудейства и христианской этики. В России - Русской идеи и Иудаизма. Борьба Мiров!

Основа демократии - деньги победили христианскую этику, и католицизм, особенно протестантизм, прежде бывший в ней лидером, теперь дружно дрейфуют в иудаизм. Вместе с РПЦ. Победила иудейская «этика» - иудейский капитализм («Теперь и в России!»).

Немедленная ответная реакция евреев на критику иудейской «этики» - «Это антисемитизм!» Но еще более опасны националистические борцы с евреями, среди которых много желающих перехватить у евреев банки, посредничество, торговлю для своего этнического клана – чеченского, азербайджанского, армянского, грузинского, русского… Однако этика Русской идеи отрицает иудейскую «этику» и культ наживы не из-за её еврейства. Замена его другими этническими кланами, которые будут продолжать еврейскую тотальную практику извлекать максимум наживы всеми средствами, ничего не меняет. По «Принципу сантехника» из свода «Законов Мэрфи»: «Систему менять нужно!» Нужно установление православного духа Русской идеи. Понятия «иудейский» и «русский» - не расовые, а духовные категории.

Наиболее иудаизирован капитализм, конечно, в Израиле, если не считать Ельцепутию. Как отмечает Исраэль Шамир, торговец и посредник там зарабатывает много больше, чем производитель. Труд там облагается тяжелым налогом, но не посредничество, не биржевая спекуляция, не сдача квартир. А в Ельцепутии?

Наименее иудаизирован капитализм в Швеции и Японии, а потому наиболее успешен и социально, а нажива, конкуренция и реклама там существенно отличаются от других капиталистических стран, но это, как говорит Лёня Каневский, совсем другая тема.

Главный признак и движитель иудейского капитализма – реклама. Около трехсот лет тому назад она поймала общество на наживку «потребление». «Евреи справедливо считают себя изобретателями рекламы, - пишет Зомбарт. - Одно из первых, если не первое объявление в США появилось 17 августа 1761 года в газете «Нью-Йорк Меркюри»: «Хаим Леви на улице Баярд продает лучшее военное обмундирование, лучшие английские солдатские ботинки и все, что требуется для ведения славной войны с должной помпой». Евреи создали и современную прессу как аппарат для распространения рекламы», то есть для манипуляции сознанием людей и возбуждения зависти. Возникло «общество потребления». Со временем реклама так подчинила прессу и прочие СМО, что громогласная демократическая «свобода слова» полностью перешла под финансовый контроль иудейского капитала, а левая пресса оказалась полностью ликвидированной. Вслед за ней захирели и левые партии. Тенденция, однако.

Советский Союз не был обществом потребления, его граждане не знали гонки за вещами, им не нужна была реклама, она не давила их - «Купи, купи, купи!». Советская бытовая техника, не отличаясь броским дизайном, была практически вечной, а люди в СССР были спокойны и уверены в завтрашнем дне. Им не нужно было копить деньги, они стремились трудиться, учиться и повышать свою культуру. Такое общественное сознание не годится для капитализма, а уж для иудокапитализма многократно. И иудаизм стал готовить почву, создавать общество потребления, дающее максимальную прибыль тем, кто вершит его судьбы, сначала на Западе, а теперь и в России. Мотивация - зависть.

Завистнику невыносимо нужно «быть, как все» в любых сферах жизни, но особенно в потреблении. Нет зависти, человек делает то, что нужно ему и обществу. Охваченный завистью, чтобы добиться этого, он идет на все, даже на преступление, на душе у него тяжело, он чувствует себя ни на что не годным, неудачником и покупает, покупает, покупает (ворует, крадет, грабит). Но не то, что ему нужно, а то, что престижно. Вы заметили, когда появился этот термин? Стать преступником – опасно, а потратить на гашение зависти деньги, даже последние… На корысть тех, кто с помощью рекламы создает конкуренцию потребителей и вызывает у них эту зависть.

Зависть убивает в человеке всё, он перестает понимать окружающую обстановку, быть самим собой, теряет воображение, ум, совесть. У него уже нет своих целей, он стал игрушкой стихий и рабом рекламы и зависти.

Можно восхищаться тем, кто умнее тебя, больше знает или что-то лучше делает. Учись у него, но не завидуй ему, у тебя наверняка есть что-то, что свойственно только тебе, ибо всякий человек уникален. Найди это и тем встань вровень с другими. Ставшему завистником это недоступно, он всегда только подражатель: «Не дай себе засохнуть!», «Живи на яркой стороне!», «Вы этого достойны!» - это специально для идиотов и ЕГЭотов.

Можно восхищаться прекрасными вещами и природой, но лучше всего это делать вместе с близкими людьми в музеях и под открытым небом, а не тащить себе в дом вещи, чтобы запереть их там, опасаясь, что их сопрут, и не огораживать высоким забором свою дачу – главная мода нынешнего загорода. Самые страшные преступления происходят в самых богатых и самых запертых хоромах. Зависть направлена вовне, но убивает человека изнутри, его душу.

Зависть – удел необразованных, тщеславных и неумных людей. К сожалению, такие люди бывают всегда и в любом обществе. В советском обществе было много таких социальных благ, которые невозможны при капитализме, тем более при нынешнем иудейском. Прежде им завидовал весь мир, теперь в это не верит даже наша молодежь, не заставшая их. Но ему не удалось создать защиту от того, чтобы оно само предохраняло себя от того, чтобы они пролезали в его управление. Сталин потратил десятилетия, чтобы изгнать из него и не допускать туда людей, склонных к зависти и алчности по своей национальной природе или умственной ограниченности. И сделал две кардинальные попытки закрепить эти средства защиты на социально-законодательном уровне: Сталинская конституция и решения 19 съезда коммунистической партии. Но к этому времени эта партбюрократическая зараза была уже так сильна, что умышленно или интуитивно прекратила их. Предложенные Сталиным меры такой защиты были отвергнуты. Социальный лифт, предназначенный поставлять «наверх» (и делавший это) всё самое умное, честное и совестливое постепенно переключился на доставку туда всего самого алчного, завистливого, бессовестного и тупого, пока там не собрались почти одни горбачевы и ельцепуты. Результат – советская власть пала, а в Ельцепутии установился самый иудаизированный капитализм в мире.

Конечно, капитализм – он и в Африке капитализм. Но христианско-европейский и русский капитализм получали удовлетворение не только от получения приличествующей общественному мнению прибыли, но и от развития в стране культуры, народного образования и здравоохранения. Генри Форд старший гордился тем, что его рабочие материально обеспечены существенно лучше, чем у его американских коллег. Другое дело - иудокапитализм. Он довел принцип максимизации прибыли до предела, включив в инструментарий по её выжиманию еще и тотальное развращение общества, стал тоталитарным капитализмом.

Демократы по убеждениям и национальности называют тоталитарным советское традиционное общество, придавая этому термину ругательную окраску. Оно действительно было тоталитарным, то есть всеобщим, и это был тоталитаризм Добра.

Теперь ему на смену пришла тотальная (всеобщая) иудокапиталистическая демократия – тоталитаризм Зла.

Вл. Воробьев.

Источник www.rossija.info