Как сообщают представители Следственного комитета за девять месяцев текущего года, ими было возбуждено свыше двадцати тысяч уголовных дел имеющих под собой коррупционное начало.

На лицо бурная борьба с коррупцией, о которой так часто говорят уже последние несколько лет первые лица государства.

В пользу «эффективности» данного мероприятия можно отметить и ряд последних громких коррупционных разоблачений в Министерстве обороне, Ростелекоме, в Ведомстве сельского хозяйства и прочих местах. Нашлись даже виновные, которые ежедневно мелькают в новостных сводках…

В этом моменте можно было бы воскликнуть, ну, наконец-то, процесс пошел и скоро мы избавимся от этой паразитирующей на российском теле гидры.

Однако позвольте вас огорчить. Автору этих строк текущие показательные процессы не кажутся перспективными и многообещающими в общей борьбе с коррупцией.

В своих объяснениях пойду от большого к малому.

Министерство обороны и сельское хозяйство. Ни один из высокопоставленных чиновников, я уже молчу про бывших министров, не ответили на сегодняшний момент за те колоссальные хищения и мошеннические операции которые имели место быть. Крайними назначены люди, являющиеся по своей сути лишь механическими составляющими в этих распиливающих бюджет машинах. И причем не самые ключевые составляющие. А так, мелочь.

Посудите сами, неужели Сметанина, проводившая оценку имущество МО, могла самостоятельно принимать решение? Неужели от ее подписи завесило исключительно все? Нет. Решения о продажах принимала не она, а люди, сидящие выше. И деньги от сделок ей также не перепадали. Скорее всего, она имела что-то с этого, но исключительно в виде вознаграждения за проделанную работу и за неразглашение подробностей операции.

А крайней сегодня выступает именно она. И за решеткой держат сегодня именно ее. А не, например, мадам Васильеву, которая только официальной заплатой имела в месяц по пять миллионов…

Что это, борьба с коррупцией? Или поиск крайних?

Второй вариант ближе к истине. Более того, первое лицо ведомства Сердюков так и остается лицом официально непричастным к данным скандалам.

Не знаю, как вам, но лично мне все это кажется очень и очень странным и наводит на определенные выводы.

Аналогичная ситуация складывается и в сельскохозяйственном ведомстве. Виноват кто угодно, но не министр, отвечавшая в данный период за все процессы, проходящие в ее «вотчине».

А теперь о малом.

Давайте вернемся с вами к исполнителям. А точнее к следователям, которые сегодня занимаются коррупционными делами. Выше была озвучена цифра – свыше двадцати тысяч уголовных дел сегодня заведено в нашей стране.

Впечатляет?

Думаю, да.

Но позвольте вам привести в пример одно из таких дел.

Южный федеральный округ, одна из областных столиц. Рядовой, мелкозначительный чиновник попадает под уголовное дело…

Местной прокуратуре дается указание проверить городскую администрацию на предмет коррупции и прочего. Те, недолго думая, поднимают сведения через профильные ведомства и у этого самого чиновника обнаруживается сделка на продажу аж 1998 году старого Опеля, которая, как оказалось, нигде не была задекларирована.

Т.е. человек, находящийся на госслужбе тайно разбогател.

Чиновник начинает суетиться и поднимать все документы, которые имеет на руках и доказывать обратное. При этом в особое место ставится копеечная цена той самой сделки и уж тем более ее официальная декларация в соответствующем ведомстве.

Но копеечная сумма самой сделки и бумажные оригиналы для прокуратуры, как показывает практика, не имеют никакого значения. Дело передают по цепочке далее, где в присутствии мэра на так называемом коррупционном комитете все-таки разбираются в деталях произошедшего и выясняется, что на самом деле сделка была задекларирована, в базе данных был сбой и бедный чиновник ни в чем не виноват. Но, тем не менее, на время разбирательства он был отстранен от работы по перекладыванию из одной стопки бумаг в другую. А еще на нем осталось клеймо, что на него было заведено уголовное дело по факту коррупции и уклонения от налогов. Впечатляет?

Для подведения итогов данной статьи вернемся к вопросу, который был поставлен выше, почему настоящие виновные остаются ненаказанными? Лично мне данный вопрос кажется очевидным. Потому что если потянуть за Сердюкова и Скрынник – потянутся и все остальные, которые сегодня еще пока не готовы уходить со своих постов. Поэтому борьба с коррупцией в России, сегодня имеет поверхностные масштабы: видимости в виде пыли и шума много, а грязь все равно остается.

Олег Васильев для Sozidatel.org