В России есть явно лишняя прослойка: это либо партии, олигархи и бюрократия, либо народ. Бюджетно-сырьевой ресурс страны ограничен, а потому кто-то должен уйти. из книги "Россия новая, беспартийная"

Любому технарю известно – чем меньше в механизме передаточных элементов, тем он надёжнее. В политике оценочные критерии несколько иные – чем больше посредников между чиновником и народом, тем меньше ответственность первого. В роли посредника, в данном случае, выступают политические партии, чья принципиальная обязанность – не давать бюрократии забывать, что это она находится на службе у народа и государства, а не наоборот.

Но сегодня партии, поддавшись духу коммерциализации, изменили своему служению, превратившись в буфер безопасности между населением и чиновничьим сословием (обеспечивая неприкосновенность последнего). Народ ждёт заступы, а её нет, механизм не работает. Система государственного управления превратилась у нас в нечто чудовищное. Ничего подобного во всей мировой истории ни на одном континенте ещё не было.

По данным американских спецслужб общий объем взяток в России составляет около 300 млрд. долларов в год, а госструктуры порой мало отличаются от организованной преступности. Озвученная (отнюдь не из добрых побуждений) цифра красноречиво свидетельствует о готовности чиновников сдать страну в управление транснациональным корпорациям, что уже методично и происходит.

Собственно говоря, у них и выбора то другого больше нет. Американцы ведь не просто так допустили утечку информации со скандально известного сайта WikiLeaks, регулярно публикующего секретные документы. За общей сумой взяток, в любой момент может последовать публикация конкретных данных – кто брал, когда, у кого, в каком объёме, а самое главное – где хранит. Таким образом, российским чиновникам дали понять, что все их богатства, сбережения, недвижимость, яхты, в общем-то, подлежат международному аресту. А потому процесс распродажи России необходимо довести до логического конца. Только так, сожрав одну из величайших держав, мировая экономика сможет выйти из кризиса.

Вполне очевидно, что при реализации столь масштабной и грандиозной сделки нужно надёжное прикрытие, на которое никаких денег не жалко. В данном случае речь идёт о защите от народного гнева. И вот в этих условиях партии получают уникальную возможность сколотить солидный капитал, причём настоящий, а не какой-то там политический. Одним заплатят за молчание и поддержание социального спокойствия, другим - за организацию деструктивного курса. Денег всем хватит, т.к. продаётся страна, омываемая четырьмя океанами.

Я вовсе не против партий в хорошем понимании этого слова. Если люди объединяются для отстаивания своих прав и свобод – это прекрасно. Но я категорически против того, чтобы никому ненужные, никого не объединяющие движения накачивались баблом просто так, чтобы они были, ведь на одно поголовье привлечённого электората выделяется по три - пять тысяч долларов. Извините, но прослойка получается слишком жирной. За такие деньги для страны можно элитных бычков купить, фермы построить, поля новой техникой вспахать и организовать достойную жизнь, а не политический балаган.

Сейчас я предвижу возмущённый возглас оппозиционеров, коммунистов в частности, о том, что власть задавила оппозицию, деньги гребёт только «Единая Россия», все остальные сосут лапу. Извините, господа, а что же вы сейчас-то бездействуете? Или, может быть, вы ждёте тех 3-5 тысяч «зелёных иностранных денег» и без них сделать ничего не можете? Ну, а кто же их вам должен дать – олигархи и бюрократы или западные фонды? Но тогда вы будете служить им. А у народа и предпринимателей, даже очень сочувствующих, таких денег нет.

Увы, средний класс у нас не сложился. Мелкому и среднему бизнесу так и не дали вырасти во что-нибудь серьёзное, что могло бы стать опорой национальной экономики, сформировать класс хозяйственников, не связанных ни с бюджетом, ни с сырьевой трубой, способный финансировать хотя бы те же самые партии. Вот и получается, что без денег оппозиция недееспособна, а необходимые суммы есть только у олигархов, бюрократии, т.е. у власти или у зарубежных спонсоров. Ни тем, ни другим сильная Россия не нужна. Получается логический тупик, пребывание в котором грозит нашему государству расчленением и гибелью.

Так что же делать? Продолжать ждать, пока Россию заложат целиком или распродадут по частям как бездушный актив? Выход у нас, пожалуй, только один: если система контроля партий над бюрократическим аппаратом не работает, её необходимо обрушить, оставив не у дел прослойку лишних. И чем в более сжатые сроки это произойдёт, тем лучше. Смысл в том, чтобы кадры, не работавшие в партийной системе, не успели бы сориентироваться и переползти в систему новую, беспартийную.

Как все мы прекрасно понимаем, крика и воплей недовольных отлучённых от кормила власти, в случае реализации подобного плана, будет много. Но ничего страшного в том, что избыточное количество трутней покинут насиженные улья нет. Их испуганное жужжание и суета – лишь иллюзия хаоса, а не он сам. Нам же необходимо всего лишь устранить прослойку лишних посредников между народом и чиновником, напрямую подчинив последнего воле трудовых коллективов, организованных в отраслевые Союзы и Советы.

Проще говоря, назначение и снятие кандидатур министров (глав ведомств) должно осуществляться при непосредственном участии профессиональных Советов решением большинства, по принципу доверия и профессионализма, а не потому, что кандидат личный друг президента, однокурсник, земляк, играет в теннис с олигархом или просто хороший человек. Кому как не профессионалам-практикам лучше знать нужды той или иной отрасли, к тому же, способным предложить комплексные концептуальные решения и программы реформирования, модернизации, развития. То есть способным принять творческое созидательное участие в судьбе отрасли и страны в целом, разделив ответственность и риски за сформулированные инициативы.

Конечно, у разных профессиональных Союзов, пусть даже принадлежащих одной отрасли, могут быть разные мнения и концептуальное видение путей решения существующих проблем; совершенно разные мнения могут быть даже в одном Союзе, но это, отнюдь, не повод для паники. В действительности никакого лавинного наплыва мнений и предложений быть не может, т.к. есть объективные экономические условия, ограниченный бюджет, временные рамки, действующее законодательство. Так что серьёзных комплексных предложений может быть не так уж много – основной, альтернативный, спорный, градирующиеся так же по максимуму (если деньги в казне есть) и минимуму – (расчёт на собственные инвестиции). Разумеется, всё необходимо согласовывать, обсуждать, отстаивать свою точку зрения.

Не следует также бояться бесконечных скучных заседаний профсоюзов, отнимающих время и силы, т.к. современные информационные технологии позволяют обсудить почти любой вопрос, не отрываясь от рабочего или персонального компьютера, логически систематизировать обсуждение, провести голосование зарегистрированных членов, вынести сформированное мнение на обсуждение трудовых (отраслевых) Советов и в итоге получить пакет конкретных, согласованных мер, который пойдёт на стол министерства, правительства, главы государства. Такова современная, можно сказать, инновационная модель народного самоуправления, она, смею заметить, вполне реальна.

С избранием министров, чьё влияние ограничено каким-то относительно узким сегментом, к примеру, культурой, транспортом или сельским хозяйством, всё как будто понятно. Так как очевидно, что чем больших прав и успехов добьются сельхоз производители, перевозчики, или чем больше в стране будет музеев, библиотек, театров, тем лучше для всех. Несколько иная картина вырисовывается с министерствами торговли, энергетики, здравоохранения. Там чрезмерное и неуравновешенное влияние профессиональных Советов может привести к большим проблемам. Интерес оптовых и розничных торговцев во все эпохи был один – поднять цены, примерно того же можно ожидать от энергетиков, а также от представителей здравоохранения – гильдий аптекарей, производителей лекарств, импортёров, медучреждений. Если министра финансов будут назначать банкиры, жизнь сказкой тоже вряд ли покажется. Непонятно также, кто должен назначать и снимать министров силовых ведомств.

И вот тут, вероятно, следует применить более свободную и менее сегментированную модель взаимодействия Советов с министерствами. Безусловно, профессиональные Советы могут и должны выдвигать из своих рядов лучших представителей и рекомендовать их в органы власти, формировать концептуальные программы для развития экономики, предлагать их министерствам и следить за точностью исполнения. Понятно, что Союз фермеров не станет предлагать министерству атомной энергетики свои инициативы и кадры (хотя в случае исключения, почему бы и нет, если мысль действительно гениальная), поэтому ограничивать узким корпоративным кругом подачу к рассмотрению обращений и заявлений не стоит. Так же не следует ограничивать узким кругом решения вопроса о снятии министра с должности. Проще говоря, предложить министра на должность может любой профсоюз или группа, если возражений нет, кандидатура утверждается правительством или параллельным органом - Национальным Советом. Но если министр проводит неуравновешенную политику, которая бьёт по карманам граждан и препятствует стабильному развитию экономики, то вопрос об его отставке могут поднять профсоюзы, не принадлежащие к курируемой им отрасли.

К примеру, министра энергетики за необоснованное повышение тарифов, могут снять на основании заявлений Союзов, представляющих различные сегменты экономики и общества - Союз потребителей, Союз машиностроителей, Союз пчеловодов или свободных художников. Если подобных заявлений набирается нормативно установленное большинство, кандидатура должна сниматься. Таким образом, мы получаем довольно экономичную модель принятия решений, не требующую обсуждения каждого высокопоставленного чиновника всем профсоюзным скопом, позволяя реагировать лишь по факту и острой необходимости.

Что я имею в виду? Кандидатуру на должность министра может выдвинуть любой отраслевой Совет, знающий личные и профессиональные качества этого человека. Все остальные молчат и занимаются своими насущными делами. Если этот кандидат проводит грамотную, взвешенную политику, своевременно реагирует на советы и предложения профсоюзов, то работает, не привлекая к себе внимания. Но если он принимает узко ориентированное решения, создающее привилегию избранным в ущерб большинства, то это убедительный сигнал тревоги для активизации профессиональной общественности, которая имеет право сказать: «Парень, ты не прав! Ты задушил птицеводство, осложнил переработку, обидел пенсионеров, из-за тебя остановлено строительство, уволены люди. Нас много, а ты, «редиска нехорошая», подорвал стабильную работу трёх-четырёх отраслей лишь для того, чтобы помочь своему другу Абрамовичу. В общем, ты не профессионал, брысь с места».

Конечно, в политике и экономике бывают случаи, когда необходимо идти на непопулярные меры: ограничивать рынок, поднимать тарифы, ужесточать ответственность. Но у таких решений должны быть убедительные объективные доводы, оценочным критерием которых является общая польза экономики, народа, государства. Для того чтобы разъяснять и согласовывать подобные решения с профессиональными и общинными Советами, Союзами, независимыми научно-экспертными институтами, необходим центральный орган – Национальный Совет, который займётся этими вопросами. Кроме того, Национальный Совет в сотрудничестве с Законодательным собранием должен согласовывать и выдвигать кандидатуры министров, не имеющих прямой причастности к экономическим отраслям – это силовые министерства, министерство финансов (призванный блюсти интересы всех), министерства: юстиции, здравоохранения, образования, социальной защиты и т.д.

Открытым остаётся вопрос: каким образом и по какому принципу избирать состав Национального Совета, Законодательного собрания, Федерального собрания? Тут всё относительно просто: в Национальный Совет профсоюзные организации делегируют своих лучших представителей, умеющих соблюдать баланс интересов и имеющих государственное мышление. А вот в Законодательное и Федеральное собрание профсоюзы и территориальные общины выдвигают кандидатуры от регионов и ставят их на всенародное голосование. Самое главное условие при этом – отсутствие неприкосновенности, отсутствие пожизненных льгот, запрет на приватизацию госжилья и возможность отзыва до истечения предписанных сроков исполнения обязанностей. Проще говоря - удостоился быть избранным - вот тебе хорошая зарплата, служебная квартира, дача, машина, но, если нашкодил не по-детски, не оправдал доверия, будь любезен вернуться на родной завод, ферму или фабрику под «дружественные» приветствия трудового коллектива.

Неприкосновенность, пожизненные льготы, выдвижение от партий, сильно деморализовали нынешних депутатов, оторвав их от народа и реальных нужд экономики, выделив в отдельную элитарную группу, обслуживающую исключительно собственные интересы. Как справедливо заметил публицист Александр Елисеев современные российские политики, становящиеся со временем парламентариями или чиновниками, обладают всеми признаками буржуазии в одном из её самых отвратительных форм проявления, существующей исключительно за счёт эксплуатации чужого труда. Дело дошло до смешного: власть уже не знает, каким образом ей пополнять свой кадровый резерв. И предложила выращивать молодую поросль политиков-управленцев в спецпитомниках, всё также бесконечно далёких от реального производства и трудовых коллективов, обученную лишь правилам кланового подчинения. Таким образом, мы достигли пика абсурда, за которым наступает крах государства и социальных прав.

Изложенная мною выше модель формирования кабинета министров, довольно условная и требует детальной проработки, позволяющей минимизировать возможные изъяны, злоупотребления, нарушение баланса сил одних в ущерб других. В частности, она требует защиты интересов территориальных и иных общин, не являющихся отраслевыми, а потому имеющих меньшие финансовые возможности для самоорганизации и отстаивания своих интересов. Необходимо также предусмотреть защиту прав трудового класса, т.к. нетрудно догадаться, что интерес абсолютно всех отраслевых союзов сводится к тому, чтобы уменьшить заработную плату, социальные выплаты и увеличить рабочий день. В связи с чем, важно учесть возможность государственного финансирования общин, не связанных с экономической деятельностью и предоставления им особого правового статуса, а министерство труда сделать неподконтрольным для структур, имеющих прямой интерес в эксплуатации трудовых коллективов. Можно также создать эффективную многоуровневую систему голосования, способную учесть голос каждого представителя той или иной отрасли от уборщицы до менеджера. В общем, нужна серьёзная научно-практическая работа по детальной структуризации предложенной модели управления государством, чутко отображающую интересы всех и каждого. Такую работу можно осуществить только усилиями собора, в котором примут участие все социальные и профессиональные слои нашего общества.

Кому-то может показаться, что общинно-союзная, а по сути национальная корпоративная или, лучше сказать, артельная система управления государством, слишком сложна и громоздка. Действительно: учесть, согласовать, уравновесить многочисленные интересы огромного количества общин и отраслевых Советов – дело не лёгкое, требующее напряжения ума, воли, знаний. Но это и есть та объективная политика, та объективная экономика, которой мы лишились. У нас ведь сегодня в центральных СМИ и с политических трибун почти никто не говорит о судьбе сельского хозяйства, лесного хозяйства, лёгкой промышленности, машиностроительной отрасли. Попробуй, дорогой читатель, напрячь память и припомнить, когда ты последний раз хоть что-то об этом слышал, а ведь без этого страна во всей своей полноте и многообразии существовать не может.

Мы на текущий момент имеем экономику «сырьевой трубы» в чистом виде, а при ней политику дележа и распила бюджета. Государством правит горстка чиновничьих кланов и олигархов, создавших суперпримитивную социальную среду, в которой есть некая однородная масса, называемая народом, и есть элита. Вся политика сведена к тому, чтобы, взвесив процентный потенциал населения, отделить ему от сырьевого пирога прожиточный минимум и как-то прикрыть передел оставшейся части. О том, что общество должно состоять из сословий, объединяющихся по профессиональным интересам, т.е. из учителей, предпринимателей, инженеров, рабочих, крестьян, промышленников, имеющих право на труд и самореализацию, уже мало кто понимает, настолько нам прополоскали мозги.

Кстати, раз уж встал вопрос о громоздкости народного самоуправления, то следует быть до конца справедливыми, т.к. в действительности ничего проще и экономичнее прямого взаимодействия общин, отраслевых Союзов, артелей с чиновничьим аппаратом ещё не придумано. Как говорилось ранее, необходимости избирать высокопоставленных представителей власти всей отраслевой оравой нет. Вполне достаточно, чтобы министра сельского хозяйства выдвинули фермеры и сельские жители, а министра транспорта – транспортники. Для снятия же вполне достаточно законодательно закреплённого решения большинства: к примеру, заявлений от трёх отраслей, обоснованно свидетельствующих о подрывной деятельности, к примеру, министра энергетики или экономики.

Что же касаемо преимущества народоуправления над партийными моделями, то судите сами. Во-первых: специалисту-профессионалу, слава Богу, нет необходимости быть политиком и совмещать в себе искусство оратора, агитатора, артиста, психолога, дипломата, мастера компромисса. Благодаря этому его мнение может быть предметно-объективным, выраженным по существу проблемы, а не абстрактно-теоретическим. Это как раз то, чего не хватает нашей политике и экономике, это одно из важнейших преимуществ. Во-вторых: специалисту-профессионалу не нужен стилист, поддержка пиар-агентств, реклама в СМИ, штат охранников, помощников, аналитиков, консультантов. Таким образом, мы получаем колоссальную экономию, плюс избавляемся от ненужной «мишуры», а точнее от иллюзий и обмана. В-третьих: у профсоюзных организаций может быть достаточно собственных финансовых средств, чтобы не прибегать к поиску спонсорской поддержки, как это делают партии в ущерб своей независимости; у них также нет необходимости привлекать со стороны аналитические фонды для разработки экономических программ, т.к. в штате достаточно собственных специалистов и предложений. В-четвёртых: в условиях отсутствия политической элиты, готовой отстаивать конкурентоспособность национальной экономики в глобальном мире, общины, артели, отраслевые Советы становятся единственным надёжным средством защиты от негативных проявлений глобализации (политикам и бюрократам проще отдать страну в управление западному инвестору). Как видим, плюсов, имеющих для России жизненно важное значение, не мало.

Я, отнюдь, не утверждаю, что модель народного самоуправления, реализуемая, в том числе, через общинные и профессионально-трудовые Советы, является идеалом совершенства. В нёй тоже могут быть свои сложности, перекосы и злоупотребления, но, во-первых, в наших силах всё это предусмотреть и создать нечто стабильное. Во-вторых, народное самоуправление даёт нам главное: единственную реальную возможность соскочить с сырьевой иглы, до основания переформатировать экономическую политику последних лихих лет, защититься от уничтожающей поступи глобализации, минимизировать коррупцию путём ликвидации бюрократии. Дело в том, что прямое подчинение чиновника общинам и Союзам, лишает его бюрократического потенциала, превращая в оператора, исполняющего народную волю.

Россия - огромная сырьевая держава, а потому у политической элиты всегда будет соблазн жить исключительно за счёт торговли нефтью, газом, ураном и лесом. Кстати, это не только личное желание политика или чиновника, но и требование мирового сообщества, сопровождающееся мощнейшим давлением, в том числе подкупом и шантажом. Когда есть возможность без усилий немалый капитал приобрести и проблемы избежать, какой будет делаться выбор, в общем-то, понятно. Между тем, у сырьевой экономики есть один очевидный недостаток – она не нуждается в коренном населении (т.е. в нас с вами), чем его меньше, тем больше денег в казне и на личных счетах. При таком положении дел наш выбор невелик: либо лишить полномочий прослойку лишних – бюрократию и политиков (стремящихся стать бюрократами) либо самим стать этой лишней прослойкой. Так что нам есть о чем задуматься.

Сергей Чибисов книга "Россия новая, беспартийная"

Обсудить все главы на Гайдпарк
Жизнь без партий
Оппозиция здравого смысла
Соборная воля против профанаций
Прослойка лишних
Преодолеть убивающий эгоизм
Краеугольный камень государственности