Это сочинение вызвано к жизни частным письмом в мой адрес из Украины. Точнее, не письмом в целом, а замечанием между строк. Писал мне старый знакомый, не помню уж о чём. Письмо затерялось. Но те строки остались в возмущённой памяти.

Адресант, личность деловая, в меру успешный, щедрый благотворитель, пылкий и резкий в суждениях, небрежно выложил на бумагу своё мнение о некоторых правителях Русской земли былых времён. Дескать, были они «абсолютно, принципиально тупые дегенераты, включая всех Иванов, Петра - бисексуала, умершего от сифилиса и алкогольного цирроза печени». Задела меня не столько характеристика названных лиц, сколько прозрачный намёк на то обстоятельство, что, поскольку, по мнению моего знакомца, «тупые дегенераты» признаны «умом нации», её «серым веществом», то какова же, в его представлении, сама нация, к которой он принадлежит. А взялся я за перо, чтобы публично, на реальных примерах оспорить это и близкие ему мнения, основанные не на фактах, а на «исторических» слухах, сплетнях недругов и анекдотах.

В отечественной истории трое носителей императорской власти, в большей или меньшей степени наделённые природным умом, талантами и знаниями, характером, занимают особую строчку как преобразователи, достойные высшей оценки: Пётр Алексеевич, Екатерина II, Александр Освободитель. И великий князь Московский Иван, 3-й по счёту в роду Калиты, официально не царь (царём наречёт себя его Грозный внук), но уже признанный всенародно и за рубежом самодержцем самой обширной державы в Европе. Он правил между 1462 и 1505 годами. Заглянем в хроники. Что там об одном из «дегенератов», сиречь, выродков, да ещё отмеченных тупостью, по терминологии моего знакомца?

Не зря в русских народных сказаниях персонаж, принимаемый на первый взгляд за «Ваньку-дурачка», оказывается среди самых успешных в каком-либо значительном деле. Наш Иван, 22-х лет от роду, принял от отца великокняжеский удел в 430 тысяч квадратных вёрст. Наследие то ещё не оправилось от первой российской смуты-замятни при Василии II Тёмном. Спустя 43 года Иван III передал сыну в семь раз(!) более обширную страну (2 млн. 800 тыс. кв. км по современному счёту). Она будто воскресла из небытия в цветущем виде, сытой, уверенной в своих силах. Но Государь Всея Руси, как стали называть его современники за реальную заявку на собирание осколков державы Рюриковичей, велик (именно, велик!) не только и не столько наращиванием земель вокруг Москвы. Его заслуга прежде всего в первой, после Батыева погрома, модернизации страны.

Он успешно провёл своеобразный, посильный ренессанс, вдогонку за Европой. Не догнал, но значительно сократил расстояние. А именно, открыл Москву для итальянских инженеров и архитекторов (среди них гениальный Аристотель Фиораванти), умельцев в ремёслах, утерянных СЗ Русью за 2,5 века ордынского ига. Здесь назову каменное строительство (раньше приходилось нанимать небезупречных в этом деле псковичей), стекольное дело, пушечное литьё (начиная с Дмитрия Донского, орудия завозили с большими трудностями с Запада через недружественные Литву и Ливонию). Уже при внуке зачинателя перестройки, при Грозном Иоанне, Московская Русь превратится в самую артиллерийскую державу мира. Пешцы князя Ивана впервые получат средства огненного боя – пищали. Под руководством фрязей (и ныне основанные итальянцами посёлки Подмосковья носят названия Фрязево, Фряново, Фрязино) дьяки, то есть чиновники, Посольской избы пройдут школу европейской дипломатии, освоят иностранные языки. В Венеции, проездом через Вену, появится посольство, казалось, затерявшихся в прошлом мифических русов и (читайте классика, цитирую по памяти) изумлённая Европа увидит в восточной стороне огромную христианскую державу.

Пока она смотрит со стороны, корабли этой державы, выйдя из Белого моря, огибают Скандинавию и швартуются в портах Норвегии, а тверской купец Афанасий Никитин появляется в Индии за 20 лет до португальца да Гаммы. Государь, испытывая недостаток притока валюты из-за рубежей, отправляет первую геологическую экспедицию на Камень (Урал). Обнаружены серебряные и медные руды.

Москва устанавливает дипломатические отношения с Веной, Стамбулом, рядом других столиц Евразии. Папа Римский, в надежде на подчинение православной державы Ватикану, спешит выдать свою воспитанницу, племянницу последнего императора Византии Палеолога, царевну Софью (по-гречески, деспину - от «деспот») за венценосного варвара, схимника. А тот, одной рукой показав папе-хитрецу кукиш, другой живо уводит в Москву девицу императорского дома. Освящённый тысячелетиями Двуглавый Орёл с лихвой перекрывает скудное приданое невесты. Теперь не гоже государю, чей наследник будет внуком имератора ромеев, находиться в политической зависимости от Орды.

Задумано – сделано! В 1480 году Иван выстоял на Угре решительную победу над ханом Ахматом, последние признаки вассалитета от агорян исчезли. Таким образом, при Иване III, когда Вселенский Патриарх попадает под власть мусульман, Московская Русь, начавшая присоединять к себе также земли исчезнувшей Киевской Руси, захваченные католиками, становится единственной независимой православной державой мира (Константинополь пал в 1453 г.). Грек-богослов Филофей называет её Третьим Римом.

Католической Европе позарез нужен сильный союзник в борьбе против непобедимого тогда султана – этого Аваддона средних веков. Германский император, правитель Священной Римской империи, не сомневается, что восточный «владыка-варвар» с благодарностью примет из его рук королевский венец. Ведь точно таким способом двумя веками ранее Западу удалось соблазнить Данилу Галицкого, заполучив тем самым его завидные владения. А московский Иван, вместо благодарности, ответил гордым отказом. Он и без признания всяких там номинальных императоров больше чем король, с подвластной территорией, равной императорской. Ему достаточно пока оставаться Государём Всея Руси, а что потом выбрать, царский ли титул, или императорский, время подскажет. Рисковать шапкой Мономаха и заодно головой, дразня султана, великий князь не стал. Более того, заключил союз с крымскими Гиреями против Казани. Крым далеко, а Казань ведь под боком, чуть ли каждую весну идёт конницей на Москву. И тут получилось – Казань пала и признала вассальную зависимость от гяуров. Полную власть над древним Булгаром установит Грозный внук.

Ну что, мой скорый на штампы адресант, даёт ли тебе такой «послужной список» основание настаивать на своём мнении об одном из Иванов рода Калиты?

Ладно, посмотрим ещё, может быть другие «Ваньки» попадают под гребёнку моего знакомца. Было их всего шесть. Предпоследний (5-й, из Романовых, старший брат и номинальный соправитель Петра) был слабоумным, как говорили тогда, скорбным умом. Младший брат, непоседа, работник, с удовольствием давал ему возможность посидеть на троне. Не больше. Сам-то этот предмет дворцовой мебели не любил, как и дворцы. Последний Иван, 6-й, уже не столько Романов, сколько немецкий герцог, 24 года из 24-х(!) провёл в заключении, «правил» тюремной камерой. Там и был «ликвидирован» Екатериной II, не жаловавшей, мягко говоря, конкурентов.

Иван IV, Грозный, требует особого разговора из-за своей противоречивой, спорной фигуры. И яркой. Ума он имел достаточно, как Калигула, Нерон, Людовик XI, Ленин, Сталин, Гитлер, Бокассо… А что касается особой, патологической, есть мнение, жестокости, то в его поминальном синодике загубленных душ меньше, чем на совести у того просвещённого короля французов, который отличился в одну только Варфоломеевскую ночь. И на порядки меньше, чем у Кромвеля, изощрённого убийцы мирных ирландцев.

Остаются два Ивана. Отец Дмитрия Донского, Иван II, правил всего 6 лет. Современники отмечают его миролюбие, за что и был прозван Кротким (а прозвища, даваемые в народе, очень точны). Ничего к наследству отца не прибавил, наоборот, малость от той малости, чем было тогда Московское княжество (размером меньше нынешней одноименной области), уступил рязанцам. Дружил с митрополитом Алексием, правил под благим влиянием Сергия Радонежского. Ну никак не встраивается в ряд тупых дегенератов. Просто малозаметная личность.

Наконец, Иван I Калита (княжил с 1325 по 1341). Этот внук Александра Невского был очень умён (свидетельствуют манускрипты), расчётлив и властолюбив. И «патологически осторожен». Больше прикупал земли у соседей, чем отвоёвывал. Его справедливо обвиняют в коварстве, в том, что использовал для борьбы с сильными соперниками за великокняжеский стол, вообще, за влияние на Руси, ордынцев. Но так, за редким исключением, поступали тогда все князья. А «белые вороны» - рыцари без страха и упрёка, не только сходили с исторической арены, но обрекали своих подданных на неустройство, разруху, голод и уничтожение. Народ выжил с теми вождями, кто шёл в ногу со временем не совсем красивой походкой, если смотреть со стороны, да с нашей позиции подозрительных моралистов.

Иван Калита в кругу князей-соперников оказался более удачлив, находчив, более хитроумен. Получив в Сарае право на великое княжение, добился и права самостоятельно собирать дань для ордынцев. Часть средств тайком от хана откладывалось в калиту. Этот «мешок с деньгами» стал экономической основой всей династии Калитовичей. При нём и его приемниках Московия, по меньшей мере, целых 40 лет не подвергалась нашествиям со стороны Степи и литовцев. В Окско-Волжском междуречье выросло два поколения, не знавшее ордынских ужасов. Эти люди в своё время выйдут на Поле Куликово и, свободные от страха перед кривой саблей, победят.

Вокруг Москвы, как когда-то при Владимире Мономахе, вновь стали собираться переселенцы из более опасных уделов – воины, ремесленники, землепашцы. Вопреки ходячему мнению, почвы так называемого Ополья, лишь немногим уступающие чернозёмам юга, могли прокормить массу населения. Московские князья охотно принимали пришлых, на первые годы освобождали их от налогов. Смесь людских потоков с разных сторон порождала тип человека бойкого, физически выносливого, работящего, толкового, ко всякому делу способного. То, что 40 с небольшим тысяч квадратных вёрст удела Ивана I, в конце концов, разрослись, как «шагреневая кожа наоборот», в миллионы квадратных километров теперешней России, изначальная заслуга первого из Иванов, Калиты. Недаром эту ветвь Рюриковичей, зачатую Александром Невским через младшего сына Даниила Московского, именуют не Александровичи, не Даниловичи, а Калитовичи (1276-1598 гг). Таков был тот Иван! Судить же его беспристрастно можно лишь с позиции его современников, притом, непосредственных участников тех событий, за которые в различной степени ответственен великий князь.

Перехожу к Петру I, отмеченному моим адресантом в том письме.

Современники великого преобразователя России, и русские и иностранцы, не отмечали склонность императора к так называемому «бугрству», как называли в России гомосексуализм, полученный вместе с искусствами, либерализмом и науками из просвещённой Европы. В основном, сие «нетрадиционное» занятие было распространено в армейской среде, лишённой в походных условиях достаточного количества женщин. Проблему только в ХХ веке решили янки. Они научили Старый Свет прилагать к воинским соединениям в период войн передвижные бордели, рекрутируя женщин занятой территории, используя доброволок в обмен за хлеб. То есть совместили столовки и бордели «открытого типа»: кто не даёт, тот не ест.

Легенда о Петре-бисексуале, даже100% педерасте, якобы прикрывающимся «Катькой», возникла много позже, когда записные критики Петра бесплодно для себя исчерпали все «пресные» аргументы. Поводом послужила особенность царя прилюдно целовать своих любимцев за ту или иную услугу по службе или при расположении духа. Если запоздалые уличители узрели в этом «разоблачающий факт», то следует признать, что не одно десятилетие Политбюро ЦК КПСС, члены которого здоровались друг с другом поцелуями «взасос», состояло исключительно из педерастов. Не «власть красных», а «голубая власть», прости Господи!

О людях благородно и справедливо судить по их личному вкладу в главную сферу деятельности. Какой народ отказался бы видеть в ряду героев своей истории Петра I, даже со всеми его недостатками, деспотическими реформаторскими приёмами, на что первым, справедливо, ради истины, указал Пушкин, в том числе, образом Медного Всадника?! Умер император в страшных мучениях от распространённого во все времена мужского заболевания - простатита (симптомы болезни не дают иного истолкования). Причём, эту болезнь, наследственную, похоже, царь усугубил зимним «купанием» в Неве, когда, по свойственной ему горячности, бросился спасать новобранцев при крушении баржи.

Да, законы Пётр писал кнутом (Пушкин), и кнутом гонял подданных на работы. И чёрный народ, и аристократов. Но и себя не жалел, себе спуску не давал, буквально горел трудом. Это его во многом извиняет. Жил в особняке петербуржца средней руки, чаще в избах, армейских палатках, спал на соломе, укрывался кафтаном. Пил… да, лишнее, но какой русский не любит быстрой езды!? Жестоким не был. Вспыльчивым – да. Быстрым на руку – да. Типичный самодержец, сам себя сделавший царём в 17 лет, ибо был аж 3-м сыном царя Алексея, без надежд на престол, долго находясь в тени очень способной правительницы-сестры Софьи.

Россия давно нуждалась в модернизации. Спасительного обновления, которое уже провели все западные соседи. Иначе – гибель! И появилась личность, способная на немыслимый рывок. Эту личность звали Пётр Алексеевич Романов. Умный, решительный, трудоголик, во многих сферах деятельности талантливый человек. Ошибки! Промахи! Неверные ходы! Кто из великих избежал их?

Конечно, если судить о царе Петре по кинофильму о Мазепе Киевской киностудии, то позиция моего адресанта объяснима. Слава богу, что названная и подобные ей киностудии вряд ли найдут деньги на сериал о наших Иванах, родство помнивших…

Источник: www.sokurow.narod.ru
Автор: Сергей Анатольевич Сокуров