"Вот и сбывается все, что пророчится....."

80 лет назад родился артист и поэт Владимир Высоцкий .

Его трудно представить 80-летним. Каким бы он стал? Седым, дородным? Цепкий взгляд буравит из-под седой челки. Но – одышка не мучает. Молодится: свитерки, водолазки, модные брюки, сверкающие ботинки. Гоняет на черном, сверкающем Infiniti…

Продолжим.

Уже томов пятнадцать – стихи, проза, пьесы – вылетело бы из-под его пера. Он не стучит на компьютере, а по старинке царапает «паркером». Фильмов, концертов, спектаклей с его участием – без счета. Народный артист России. Уважаем, ославлен, увенчан…

Где, кстати, Высоцкий жил бы? За границей или в родных пенатах?

«Не волнуйтесь, я не уехал. И не надейтесь – не уеду!» А если так, к кому бы примкнул – к левым, правым? Нет, он волк-одиночка: «Обложили меня, обложили, но остались ни с чем егеря!»

Насчет «уезжать-не уезжать».

Высоцкий много раз мог остаться за границей. Но – не захотел. И даже в мыслях не было. Говорил: «В работе со словом мне необходимы мои корни, я – поэт. Без России я – ничто. Без народа, для которого я пишу, меня нет. Без публики, которая меня обожает, я не могу жить. Без их любви я задыхаюсь…»

Смерть, словно художник, завершает образ – ушедшему воздают почести, которых он был лишен при жизни. Да и разве многие здравствующие таланты в цене? О них сплетничают, злословят. Ну, а сошел человек в могилу, так и минуло время сводить с ним счеты. И пришла пора воздать должное…    

Высоцкого тоже смерть превратила из известного в знаменитого. При жизни он хрипел с магнитофонных катушек, но видели его единицы – прохожие мельком на улице, счастливцы, доставшие билет в Театр на Таганке. Фильмы с участием Высоцкого выходили нечасто, да и роли зачастую были мимолетны, а монологи коротки. Но это уже не вина артиста, а режиссеров…

Но когда Высоцкому давали творческий простор, он блистал! Как, например, в фильме «Плохой хороший человек». Правда, тут все счастливо сошлось: и режиссер был мастеровитый – Иосиф Хейфиц, и партнер замечательный – Олег Даль. Небольшая, но колоритная роль у Высоцкого была в картине Виктора Турова «Я родом из детства». Он не только впечатляюще играл, но и душевно пел.

В «Маленьких трагедиях», поставленных Михаилом Швейцером, дон Гуан Высоцкого – бесстрашный и непоколебимый. Про фильм «Место встречи изменить нельзя», снятый Станиславом Говорухиным, и говорить нечего: артист сыграл впечатляюще! Однако не помню, чтобы Высоцкого осыпали похвалами в прессе. Снисходительно трепали по плечу, не более того.   

Высоцкий был стиснут цензурой – за «неправильные» стихи, ироничные и саркастичные песни. На него косилась власть – женат на иностранке, мотается по белу свету. Ну, и так далее…

Говорили, что это было причиной его опалы, мол, разрешали снимать чуть ли не по специальному разрешению Кремля.

Это, мягко говоря, не совсем так. Высоцкому действительно было трудно, как и любой творческой, мятежной и мятущейся личности. Он был одним из тех, кого не пускали «за флажки». Но никак нельзя утверждать, что Высоцкий был для советского кино персоной «нон грата». В книге Юрия Сушко «Ах, сколько ж я не пел…» можно найти целый перечень фильмов разных жанров, которые артист мог украсить своим присутствием. Это - «Операция Ы и другие приключения Шурика» (вместо Высоцкого сыграл Михаил Пуговкин), «Красная площадь (Сергей Никоненко), «Проверка на дорогах» (Владимир Заманский), «Двенадцать стульев» (Арчил Гомиашвили), «Земля Санникова» (Олег Даль), «Прошу слова» (Николай Губенко), «Сладкая женщина» (Олег Янковский), «Гонки по вертикали» (Валентин Гафт), «Жена ушла» (Валерий Приемыхов), «Любимая женщина механика Гаврилова» (Сергей Шакуров).

Почему же Высоцкий не появился в этих картинах? По разным причинам: не хватало времени, менялись обстоятельства. Случалось, режиссерам и впрямь «не рекомендовали» использовать Высоцкого. Но это бывало редко. Чаще артисту мешал известный порок…

Смерть, казалось бы, должна отдалять Высоцкого от зрителей и слушателей, однако, наоборот, она его к ним приблизила.

Высоцкий воцарился в кино, театре, на экранах телевизоров. Пел, говорил, смеялся, рассказывал о своих планах. Словно никуда и не уходил. Был как живой.

С годами стихи Высоцкого не только не потеряли блеск, силу, но и засверкали сильнее, отмытые дождями и вычищенные ветрами времени. Сказано, выкрикнуто, пропето много десятилетий назад, а как живы и актуальны слова!

И нам ни черта не разобраться –
С кем порвать и с кем остаться,
Кто за нас, кого бояться,
Где пути, куда податься –          
          Не понять!
Где дух?
           Где честь?     
                        Где стыд?
Где свои, а где чужие?
Как до этого дожили,
Неужели на Россию нам плевать?

Стихи Высоцкого – памятник ушедшему времени, энциклопедия русской (советской) жизни. То время он запомнил, уловил и запечатлел удивительно точно.

Он вообще удивительно знал жизнь, чувствовал ее пульс, улавливал краски, запахи. И сегодня на любую букву алфавита можно найти стихотворение Высоцкого – с волнениями, ощущениями. И даже лица героев различимы. От комичных фигур, пивших «близ прилавка в закуточке, пото – в скверу, где детские грибочки», до трагических образов – того, кто «в медсанбате на кровати, весь в бинтах» и кто падал, «грудью хватая свинец».

Задумываясь о творчестве Высоцкого, становится ясно, что он был вовсе не инакомыслящим, а здравомыслящим. Хорошо знал историю – с легкостью и удовольствием переносился в другие миры, века. Разбирался в политике – отзывался на события, давал оценки его участникам. Его рифма не холодно констатировала, а дышала чувствами, отдавала болью…

Итак, «Алфавит Высоцкого». Взять, к примеру, букву «В» – Война: «И крики «ура» застывали во рту, / Когда мы пули глотали. / Семь раз занимали мы ту высоту – Семь раз мы ее оставляли…»

«И» – несомненно, История: «Зарыты в нашу память на века / И даты, и события, и лица, / А память – как колодец глубока. / Попробуй заглянуть – наверняка / Лицо – и то – неясно отразится…»

«Л» – это, конечно, Любовь: «Люблю тебя сейчас, / не тайно – напоказ, – / Не после и не до в лучах твоих сгораю; / Навзрыд или смеясь, / но я люблю сейчас, / А в прошлом – не хочу, а в будущем – не знаю…»

«Р» – понятно, Рождение: «В первый раз получил я свободу / По указу от тридцать восьмого. / Знать бы мне, кто так долго мурыжил – / Отыгрался бы на подлеце, / Но родился и жил я и выжил, / Дом на Первой Мещанской в конце…»

И так далее.

Рифма Высоцкого крепчала, набирала силу. В том легко убедиться, сравнив его «молодые» стихи с произведениями последних лет жизни. Он становился настоящим, истинным поэтом.

Да и в прозе Высоцкий преуспел. Его незаконченная рукопись «Роман о девочках» это подтверждает.

Он хотел снять фильм – намечался режиссерский дебют! – про узников, бежавших из немецкого концлагеря. Заразил идеей польского актера Даниэля Ольбрыхского и его французского коллегу Жерара Депардье. Последний, прочитав, сочинение Эдуарда Володарского, пришел в восторг и заявил, что готов сниматься даже без гонорара.

Высоцкий был на взлете, когда рухнул в бездну…

Он мечтал о своем стихотворном сборнике. Говорили, что маститые поэты Роберт Рождественский и Евгений Евтушенко его не поддержали, не посодействовали. Но, может, он их просто приятно удивил, а они хотели, чтобы ошеломил. Так бы и произошло, прижизненная книга Высоцкого непременно появилась бы. Ему просто не хватило жизни.

В оркестре играют устало, сбиваясь,
Смыкается круг – не порвать мне кольца...
Спокойно! Мне лучше уйти улыбаясь, –
И все-таки я допою до конца!